Специальная комиссия по регулированию цен завершила свою работу. Начавшийся, в общем-то, со скандала процесс завершился с неменьшим шумом. В итоге мы пришли к тому, что всю ответственность за явно завышенные цены на продукты питания отдали на откуп сетевым магазинам и дистрибуторам. Картина нарисована такая, будто все зависит исключительно от них, и именно они должны обеспечить нам снижение цен. Во что, прямо скажем, мало кто верит.
О том, почему мы в это не верим, мы поговорим чуть ниже, а пока, думаю, пора ознакомить вас с заявлениями, которые сделали руководители крупнейших торговых сетей.
«Никора»:
«Совместно с партнерами мы обновляем цены на повседневные продукты– на то, что население потребляет чаще всего, и делаем их еще более доступными. В ближайшие дни вы увидите на прилавках подешевевшие еще больше продукты и лучшие цены на товары, представляющие первую необходимость…»
«Деили групп» (сеть магазинов «Деили», «Магнити», «Калата», «Гвирила», «Спари», «Иоли»):
«Будет сформирована корзина продуктов первой необходимости, которая включит в себя наиболее востребованные товары. Данная инициатива направлена на обеспечение максимально доступных цен на эти продукты для всего населения. Эффективное решение ценового вопроса может быть достигнуто не грубым вмешательством в рыночные механизмы, а путем усиления конкуренции и ответственного привлечения к делу частного сектора…»
«Гудвили»:
«С целью снижения цен будет осуществляться в постоянном режиме выделение определенных групп продуктов, на которые станут распространяться специальные предложения. При этом крайне важно, чтобы встречные шаги сделали также и партнерские компании…»
Параллельно организации-члены «Ритейл-ассоциации», действуяв рамках определения «семейной корзины», начали идентификацию продуктов, на которые распространяется специальная ценовая политика, чтобы особые предложения на выбранные торговыми сетями в рамках социальной ответственности товары действовали в постоянном режиме – эффективность данного процесса во многом зависит от общих усилий всех участников цепочки поставок…
Примечательно, что мы так и не услышали пока заявлений, исходящих от торговых сетей «Карфур» и «Ори набиджи», хотя остается надежда, что и они все-таки дадут о себе знать и скажут примерно то же, что и другие. Скажут просто, доступно, на понятном всем языке. Тем не менее, считаю нужным повторить, что мы оставляем за собой право не полагаться на обещания ни одной из названных сетевых компаний и, разумеется, я постараюсь обосновать такое недоверие.
Почему-то все перестали публично говорить о том, что «Деили групп» (сеть магазинов «Деили», «Магнити», «Калата», «Гвирила», «Спари», «Иоли») является на грузинском рынке монополистом, что она контролирует бо́льшую часть сетевых магазинов и, в принципе, может единолично решать, какая на что будет установлена цена, кого впускать в сеть, а кого убрать из нее, чей бизнес застопорится, а чей будет развиваться. Между тем, это очень опасная реальность, на которую соответствующие структуры безответственно закрыли глаза, оставив ее в виде проблемы только бизнесменам и мелким предпринимателям. Впрочем, где теперь сыскать мелких предпринимателей? Они незаметно исчезают, потому что никто им не оказывает помощь и поддержку, а без этого они никак не смогут завозить свою продукцию в перечисленные выше сетевые маркеты, потому что им там выставляют кабальные условия, в которых любые отношения попросту теряют смысл. Крупные сети теперь и сами занялись поглощением существующих в любой округе маленьких магазинчиков, где до сих пор действует система отпуска продуктов «в долг» по записи, когда нуждающиеся берут их без денег, чтобы расплатиться после получения зарплаты. Подобная практика крайне важна для многих грузинских семей, помогая им выживать, но она и совершенно невозможна в условиях сетевых магазинов.
Теперь о причинах нашего недоверия. Несколько дней назад я решил заправить свой автомобиль сжиженным газом. Пока оператор занимался заправкой, там же в магазине я купил литровую бутылку воды местного розлива (минеральная вода – единственное, чего у нас действительно очень много, и она настолько высокого качества, что ни одной импортной воде составить конкуренцию местной так и не удалось). Заплатил я за покупку 1,50 лари. И невольно сделал сравнение: цена за литр импортированного из-за рубежа сжиженного газа указана как 1,35 лари. Согласитесь, что выглядит несколько абсурдно! Топливо, на которое налагаются огромная таможенная маржа и самый высокий акциз, продается дешевле, чем местная… вода.
Кто-нибудь может объяснить внятно объяснить столь загадочное явление или придется снова указывать пальцем на Францию и Германию, сославшись на то, что и вода, и сжиженный газ там, мол, дороже, чем в Грузии?! Тут требуется принципиальная оговорка. Возможно, по ценам у нас действительно многое выглядит дешевле, но не надо при этом забывать, что средняя зарплата в Грузии составляет 2400 лари (эта представляется нам, честно говоря, сильно завышенной, возможно, даже вдвое по сравнению с реальностью, но пусть так), а во Франции – 2640 евро, то есть в пересчете на 6000 лари больше. Поэтому так грубо и примитивно манипулировать ценами – сплошное лицемерие и всего лишь попытка ввести аудиторию в заблуждение. Добавьте гражданам Грузии по 6000 лари к их месячной зарплате, и, уверяю, никто больше на цены жаловаться не будет.
Тем не менее, почему все-таки вода местного производства, которой, прежде чем добраться до конечного потребителя, технически требуется намного меньше процедур, стоит дороже, чем сжиженный газ, полученный в результате переработки сырой нефти, транспортировка которого в Грузию сама по себе представляет сложный процесс? Кто-нибудь вообще об этом задумывался? Потребовал объяснения? Знаете ли вы, что производство одной пластиковой (литровой) бутылки обходится 25 тетри, а 1 литр залитой в нее воды после очистки и смягчения стоит 20 тетри. Таким образом, общая себестоимость продукта составляет, в худшем случае, 45 тетри. То есть, пока эта вода доходит до потребителя, на ней «накручивают» более 200%?!.
Не надейтесь, что подобное происходит только с водой. Скоро откроется сезон арбузов и дынь, и, можете не сомневаться, импортные бахчевые тоже будут стоить значительно дешевле, чем местные. Причем, на импортные дыни и арбузы распространяются регуляции, их проверяют на пестициды и химикаты. А местную продукцию никто не контролирует, и, как не раз подтверждалось в течение прошлого года, местная продукция может оказаться для здоровья более вредной, чем импортная. Так почему же мы ничему не учимся?
Во-первых, потому что нет полноценного механизма контроля, то есть проверяют не всех, кто вывозит продукцию на рынок. Во-вторых, и это не менее болезненно – у нас отсутствует достаточное число специалистов в данной сфере, что не позволяет везде поспеть и организовать обучение. В-третьих, не у всех возникает желание или имеется возможность для того, чтобы нанять грамотного агронома и научиться у него, что и как надо делать. Скажем, у кого-то на плодовых деревьях завелся вредитель. Он, понятно, отправляется в ветаптеку, покупает там нужный препарат, однако для большего эффекта использует дозу гораздо сильнее требующейся (так, надо признать, поступает большинство наших фермеров). В результате вредитель-то бывает уничтожен, но сам фрукт получается с избыточным содержанием химикатов. Такова горькая правда.
Не могу сказать, мешает ли кто нам намеренно или мы сами делали так, что Грузии вот уже 35 лет никак не удается стать производящей страной, и на мировом рынке она остается всего лишь в роли потребителя. Скажу в связи с этим о голубике – о той самой голубике, плантации которой ежегодно расширяются и которую мы активно вывозим на экспорт. Сейчас этот продукт у нас закончился, больше его нигде нет, и если в сезон килограмм голубики мы продавали по 5–7 долларов, то сейчас ее цена составляет 13–15 долларов, но теперь мы вынуждены покупать и завозить ее из-за рубежа. Причем, 99% импортируемой голубики приходится на Нидерланды – страну, которая меньше нас по территории и где проживает в четыре раза больше людей. Уже который год наша газета пишет о том, что развитие тепличного хозяйства не только продвинет грузинскую экономику, но и предоставит фермерам значительные льготы, потому что они избавятся от необходимости дешево продавать фрукты и ягоды в разгар сезона, а затем их же покупать по двойной и тройной цене.
К примеру, у моего приятеля на 4 гектарах посеян кориандр. Он выращивает его без применения пестицидов – это от начала до конца био-продукт. На рынке оптовая цена за кориандр составляет 3–4 лари за килограмм. Приятель предлагал всем, кому мог: приходите, сами соберите его и забирайте по 1 лари за килограмм. Цена в данном случае. как видите, в три раза ниже, но, несмотря на это, прибыль все равно оставалась. Однако желающих самим собрать и купить так и не нашлось. Почему? Потому что для этого потребовались бы усилия, труд.
Господа, нация обленилась, все желают процветания, но при этом никто сам и пальцем не хочет пошевелить. Предпочитают купить что-то неподалеку, прямо под носом и перепродать, довольствуясь мизером. Кстати, если у кого-то возникнет желание, я готов дать контакт этого моего приятеля – у него на плантации сейчас «колосится» более 15 тонн кориандра.
Что еще сказать? Снова приходят на ум импортный сжиженный газ и грузинская вода. Та самая, которая из-за дождей создает сейчас проблемы половине страны. Вода, которая поистине уникальна, и источники, которой, не имеющие аналогов, встречаются почти в каждом грузинском селе. Но несмотря на это, местные производители продают ее населению по цене дороже топлива…
Леван Габашвили
