Грузия не вступает в диалог с Россией. «Пусть сначала вернут нам Абхазию, а потом мы будем разговаривать», — эту формулу вот уже почти 35 лет повторяют представители различных грузинских властей.
Несколько дней назад Абхазию посетила делегация города Сухум муниципального округа африканского государства Республика Гана. Это вызвало насмешки у действующих в Грузии деструктивных сил и не только у них.
О визите в Абхазию делегации Республики Гана и по некоторым другим важным вопросам с газетой «Грузия и мир» беседует политик и аналитик Темур Пипия:
— Грузинская власть действует по инерции. Её главная цель – сохранить в своих руках рычаги управления и влияние. У представителей правящей партии совершенно отсутствует стратегии развития страны, потому они и не помышляют заниматься выводом Грузии из кризиса. Если понадобится, эти люди будут готовы восседать одновременно не на двух или трех, а, если угодно, хоть на пяти стульях – лишь бы удержаться у власти. Но кто даст им возможность на этих стульях усидеть?
Пока они заняли лишь краешек уютного китайского стула. Однако Китай – не то государство, которое в критический момент встанет рядом с нами. Да, он привносит нам в страну элементы стабильности, но они не являются решающими на фоне существующей ситуации.
Убежден, что у грузинской власти имеются на очень высоком уровне контакты с российской стороной. Ради сохранения своих кресел члены этой власти готовы кому угодно уступить все, и это ужасно. Они не моргнув глазом пожертвуют интересами Грузии в отношении Абхазии и Цхинвальского региона.
— Вы говорите, что эти люди будут любой ценой держаться за свои кресла. Но на кого они при этом рассчитывают? Кто согласится их поддерживать?
— Они рассчитывали на Европу, но в итоге оказались зависимы от России. Именно потому я и говорю, что у них существуют очень серьезные связи с российской стороной. Однако публично говорить с Россией они пойдут лишь в самый последний момент, когда петля на их шее будет уже затянута…
— И что даст Грузии такой диалог с петлей на шее?
— У Грузии заканчивается отпущенное ей время, возможности ее неуклонно сокращаются. Если грузинская власть придет к российскому порогу в последний момент, она может оказаться в положении, в котором когда-то пребывал бывший президент Украины Виктор Янукович. Власть наша рискует, потому что у нее отсутствует стратегия. А к России нужно приходить с конкретным планом, с проектом союзного договора. Именно подобного Россия и добивается, и это означает заключение с ней военно-политического союза.
Наша трусливая власть не способна на такой шаг. Она боится действующих в стране деструктивных сил и опасается, что Запад организует в Грузии государственный переворот. Тем временем отпущенные нам дни уходят…
— В Абхазию прибыла делегация города Сухум африканского государства Республика Гана, которое является союзником России. Не было ли это своеобразным предупреждением нам со стороны Москвы?
— У Республики Гана прекрасные отношения с Россией. Там молодой президент, который часто бывает в Москве. Москва разрешила Гане направить свою делегацию в Абхазию. Не исключаю, что Гана может признать независимость Абхазии. Именно этого следует ожидать. Такие процессы начались, и Россия, скорее всего, будет им потворствовать. Она теряет рычаги влияния на Южном Кавказе и ей фактически остаются в качестве опоры лишь абхазские и югоосетинские власти. Посредством двух этих исторически грузинских регионов она сохраняет свое влияние.
Сегодня Россия во многом делает ставку на одного человека – в нашем случае это Бидзина Иванишвили, который, тем не менее, не соглашается на требование Москвы, чтобы с территории Грузии для нее не исходило никаких угроз. Поэтому Москва продолжит проводить свою политику как в Абхазии, так и в так называемой Южной Осетии. В последнее время там дают о себе знать процессы, в которых просматриваются явные признаки этноцида: селам меняют названия, грузинские фамилии переделывают на абхазский лад. Этот процесс даже получил название «интеграция Восточной Абхазии в Абхазию». Он был начат около шести месяцев назад после прихода к руководству новой власти и представляет собой меры по русификации оставшегося грузинского населения. Абхазский язык очень сложен, обучить ему детей так и не удалось. А грузинский был вытеснен из школ, и вместо него теперь преподают русский. Грузин там считают людьми десятого сорта.
— Вы говорите, Россия уже не столь сильна и теряет Южный Кавказ. Турция нам не союзник, США тоже не проявляют к Грузии особого интереса. Что нам делать, чтобы выжить?
— Необходимо в кратчайшие сроки разработать стратегический план по выводу Грузии из кризиса и ее дальнейшему развитию. А это возможно только через интеграцию в евразийское пространство. Китай от нас далеко. Конечно, хорошие отношения с ним важны, но восстановить отношения с Россией безо всяких предварительных условий было бы гораздо лучше.
Мы должны стать союзниками России и прийти к ней с уже принятым решением. А если мы этого решения не примем, то ни о чем другом говорить не придется. При условии «сначала верните нам Абхазию, а потом мы будем с вами разговаривать» — Россия на на диалог с нами не согласится. Но если речь пойдет о стратегическом сотрудничестве, можно будет начать разговор и о возвращении Абхазии и Осетии.
Главное — чтобы Грузия и Россия стали стратегическими союзниками. В таком случае у нас будет и политическая, и экономическая стабильность, в Абхазии и Осетии для грузин исчезнет опасность ассимиляции, а „Грузинская мечта“ сумеет сохранить власть.
Беседовала Эка Наскидашвили
