Редактор ER: как указано в статье ниже, о побочных эффектах вакцин сообщается крайне редко, как показало исследование Гарвардской школы общественного здравоохранения. Мы полагаем, что цифра в 60 000 — весьма консервативная оценка.
Приведенное видео — это фрагмент слушаний, состоявшихся 19 марта 2026 года в Комиссии Бундестага по расследованию ситуации с коронавирусом (парламентское расследование мер по борьбе с COVID-19). На видео доктор Гельмут Штерц, бывший главный токсиколог европейского подразделения Pfizer, дает показания под присягой.
Ниже расшифровка видео:
Интервьюер: Герр Штерц, вы работали главным токсикологом в Pfizer Europe. Это так?
Д-р Хельмут Штерц: Да, это так. Я отвечал там за все эксперименты на животных, которые служат для безопасности лекарственных средств.
Интервьюер: Спасибо. Мои вопросы касаются вакцины Comirnaty от Pfizer BioNTech. Вы интенсивно занимались одобрением этой вакцины, изучали документы. Это так?
Д-р Х. Штерц: Это так.
Интервьюер: Проверялась ли канцерогенность этой вакцины до её одобрения?
Д-р Х. Штерц: Нет, канцерогенный риск не исследовался из-за нехватки времени. Я, кстати, нахожу это очень тревожным и также прискорбным, что не были проведены альтернативные исследования.
Интервьюер: Мы наблюдаем в Германии, а также во многих других странах, что рождаемость резко упала после начала кампании вакцинации. Вы намекаете на исследования, касающиеся репродукции?
Д-р Х. Штерц: Исследование на крысах с Comirnaty было проведено некачественно. В результате не удалось сделать надёжных оценок воздействия вакцины на течение беременности или развитие потомства.
Интервьюер: Похоже, из катастрофы с Контерганом не извлекли уроков.
Д-р Х. Штерц: Одобрение было проведено ускоренно, согласно протоколу Института Роберта Коха. Это означало, что необходимые токсикологические исследования были принесены в жертву скорости без приемлемых обоснований. Я не знаю ни одного аналогичного случая, где все эти исследования были бы опущены. Таким образом, одобрение привело к запрещённым экспериментам на людях.
Интервьюер: Институт Роберта Коха тогда, насколько мне известно, внутренне отмечал, что побочные эффекты и ущерб от вакцинации должны проверяться только после выхода на рынок. Что из этого вышло?
Д-р Х. Штерц: В постмаркетинговом отчёте Pfizer говорилось о более чем 1200 подозрениях на летальные исходы в течение всего двух месяцев после одобрения. Уже тогда следовало изъять Comirnaty из продажи. Институт Пауля Эрлиха, если я правильно информирован,получил на сегодняшний день 2133 сообщения о смертях после вакцинации Comirnaty. При таких спонтанных сообщениях существует высокий уровень латентности из-за недосообщаемости (занижения отчётности). Реальное число, следовательно, намного выше. В США исходят из коэффициента недосообщаемости/занижения 30, на который нужно умножать зарегистрированные случаи. Для Германии это соответствовало бы 60 000 смертей, связанных с вакцинацией.
Интервьюер: 60 000. Федеральное правительство утаивает важные данные SafeVac¹ и KV-данные² об ущербе от вакцинации, а большинство членов этой комиссии даже отказалось эти данные запрашивать.
Интервьюер: Можно ли было бы избежать ущерба от вакцинации и смертей при стандартной процедуре одобрения?
Д-р Х. Штерц: Да, потому что при стандартной процедуре Comirnaty вообще не следовало бы одобрять.
Интервьюер: В настоящее время многие пострадавшие от вакцинации в Германии борются за компенсацию, но часто проигрывают, потому что суды заявляют, что Comirnaty имеет положительное соотношение пользы и риска. Обоснованно ли это предположение?
Д-р Х. Штерц: С моей точки зрения, ни в коем случае. В ходе клинической разработки Comirnaty вообще не исследовалась на предмет предотвращения тяжёлых заболеваний или смертей. Документы Pfizer не позволяют распознать положительное соотношение пользы и риска. Математик Роберт Рокенфеллер из Университета Кобленца оценивает, что на каждый якобы предотвращённый тяжёлый случай COVID-19, который приписывают Comirnaty, приходится 25 серьёзных побочных эффектов.
Интервьюер: Хорошо. Снизилась ли смертность с поправкой на возраст в Германии после начала кампании вакцинации?
Д-р Х. Штерц: Нет, смертность в 2021 и 2022 годах заметно выросла по сравнению с 2020 годом. При положительном соотношении пользы и риска смертность должна была снизиться после того, как вакцина стала доступна в начале 2021 года.
Интервьюер: Звучит логично. Получало ли население во время кампании вакцинации то действующее вещество, которое Pfizer тестировала в ускоренной процедуре экстренного одобрения?
Д-р Х. Штерц: Нет. Для клинических испытаний перед одобрением использовалось высокоочищенное вещество. Оно было слишком дорогим для массового производства. Население получило вакцину, произведённую с помощью бактерии Escherichia coli. Результат — значительные загрязнения бактериальной ДНК и следствием [этого] может быть существенно повышенный риск рака.
Интервьюер: Большое спасибо. Далее слово предоставляется госпоже Зайтцель из фракции Социал-демократической партии Германии.
Примечание переводчика:
Контерган (Contergan) — немецкое название талидомида, лекарства, вызвавшего в 1950–1960-х годах тысячи случаев тяжёлых врождённых уродств.
Институт Роберта Коха (RKI) и Институт Пауля Эрлиха (PEI) — ключевые немецкие регуляторные органы в области здравоохранения.
Сноски:
1. SafeVac (официально SafeVac 2.0) — исследование и мобильное приложение Института Пауля Эрлиха для сбора сообщений о побочных реакциях на вакцины от COVID-19. Участвовало более 730 000 человек.
2. KV-данные — данные Ассоциаций врачей обязательного медицинского страхования (Kassenärztliche Vereinigungen), охватывающие около 85% населения Германии. Используются для контроля качества и мониторинга безопасности лекарств.
