В условиях сложившегося социально-экономического положения значительная часть населения Грузии даже не мечтает о покупке качественных продуктов питания (поскольку никак не может себе этого позволить материально). Для указанной категории граждан главное, чтобы еда вообще присутствовала на столе, и имелась возможность предложить детям и внукам более или менее съедобные блюда, а об остальном речь не идет… Когда я рассуждаю о качестве продовольствия, то, прежде всего, имею в виду естественные, натуральные продукты. Приходится это уточнить, потому что у руководителей сетевых маркетов, пообещавших удивить нас ценами и действительно удививших ими, судя по всему, принципиально иные представления в вопросах качества. Поясню на живом примере. В любой популярной у нас и известной торговой сети полкилограмма сосисок можно купить за… 3 лари! Еще точнее, за 2 лари 99 тетри (этой копеечной разницей создается иллюзия еще большей дешевизны). И это в то время, когда оптовая цена мяса на кости колеблется на рынке в пределах 23–25 лари. Судите сами, сколько же его реально содержит продукт, который нам «впаривают» за 3 лари?! Увы, но такие с позволения сказать сосиски раскупаются очень хорошо, и выпускают их в больших количествах. К сожалению, когда дело касается социально-экономического положения нации, приходится акцентировать внимание и на этом.
Чтобы лучше понять и яснее представить полную картину, проследим, какими методами производят в Грузии самую дешевую категорию мяса. А сегодня самым дешевым на нашем рынке считается мясо кур.
Начнем с того, о чем, возможно, знают не все горожане. В естественных условиях, то есть у какой-нибудь абстрактной бабушки в грузинском селе, курица достигает своего максимального веса за 10–12 месяцев. Грубо говоря, ей для этого требуется примерно год. Кроме того, кожа у забитой деревенской курицы всегда имеет желтоватый оттенок, и жир вокруг желудка тоже желтый, как головка у ромашки. (Молодое поколение настолько увлечено мобильными телефонами, что, наверное, будет нелишним уточнить: ромашка – это цветок, и в детстве, срывая с него лепестки, мы «гадали», любит-не любит нас избранник или избранница. Наше детство было совсем иным, как мне кажется, гораздо более интересным, хоть и без телефонов и интернета.) Так вот, мы привыкли, что у тушки деревенской курицы желтоватый оттенок, и это настолько прочно засело в нашем сознании, что, увидев на прилавке кур с белой и желтой кожей, мы, не задумываясь, отдаем предпочтение желтой. Желтоватым оттенком кожи деревенская курица отличается потому, что при жизни, то есть до того, как ее зарежут (а в деревне кур чаще всего именно режут), она питается исключительно кукурузой, пшеницей и травой. Иными словами, в ее еде присутствуют натуральные красители, содержащиеся в этих кормах, благодаря чему кожа приобретает желтый оттенок самым естественным образом.
Как вы думаете, чем кормят кур на птицефабриках? Не исключено, вы будете сильно удивлены, но 95% кормового рациона на птицефабриках тоже составляют пшеница, кукуруза и отруби, то есть натуральные продукты. Тем не менее, курица, выращенная на птицефабрике, достигает веса в 2 килограмма за 35–40 дней, а за 55–60 дней набирает 3–4 килограмма. Спрашивается, каким таким волшебством владеют фермеры, о котором не слыхали бабушки и дедушки в селах? Главный секрет – в 5-процентной добавке к корму. Всего-то 5 процентов! А теперь представьте, насколько же сильнодействующим должен быть концентрат, подмешанный в куриный корм, если в одной тонне, то есть в 1000 килограммах, его доля составляет лишь каких-то 50 килограмм?! Указанная добавка содержит в себе два основных («волшебных») компонента – синтетические красители апоэстер и кантаксантин. Именно под воздействием двух этих веществ меняется цвет куриной шкурки, и она становится желтоватой. Правда, не естественно желтоватой, а приобретшей этот оттенок химическим путем.
Фермеры, вероятно, станут доказывать, что ни апоэстер, ни кантаксантин нигде в мире официально не запрещены и Всемирная организация здравоохранения не включила эти препараты в список запрещенных. Однако та же Всемирная организация здравоохранения четко указывает, что постоянное употребление пищи, насыщенной перечисленными веществами, а также нарушение их дозировки приводят к повреждению печени и отслоению сетчатки глаза. Учитывая, что подавляющее большинство куриных тушек, выставленных на прилавках наших магазинов, имеют именно желтоватый оттенок, причем, нередко чрезмерно выраженный, нетрудно догадаться, что организм потребителей такой курятины, часто употребляющих это мясо в пищу, регулярно получает апоэстер и кантаксантин. Кроме того, в 5%-ную добавку включена также определенная доза премикса, благодаря которому курица как раз достигает максимального веса менее чем за два месяца. И это отдельная проблема.
Рядовые сотрудники птицефабрик не скрывают, что среди кур довольно распространено заболевание, которое не только препятствует их росту, но и придает коже синеватый или болезненно-белый оттенок. В подобных случаях, чтобы добиться желаемого желтого цвета, приходится бесконтрольно увеличивать дозировку апоэстера и кантаксантина. И это, к сожалению, это еще не самое большое бедствие, с которым людям приходится постоянно сталкиваться. Учитывая сказанное, наше здоровье как потребителей курятины целиком и полностью зависит от добросовестности фермера. Именно он обязан строго соблюдать дозировку, не примешивать в корм слишком много добавок, чтобы в конечном счете на прилавки попадал хотя бы относительно здоровый продукт.
Тем не менее, принимая во внимание характерные тенденции грузинского бизнеса, можно с достаточно высокой степенью вероятности предположить, что некоторым «предприимчивым» фермерам совершенно безразлично, что и в каких количествах мы едим. В подобных обстоятельствах вся тяжесть ответственность за здоровье наших граждан должна лечь на специальные лаборатории, где бы проверяли, чем кормят кур в процессе их выращивания, а государство (в данном случае Национальное агентство продовольствия) знало, насколько добросовестно относится к делу тот или иной предприниматель. Однако дела у нас и здесь обстоят далеко не лучшим образом. Проблема в том, что в мире можно по пальцам перечесть лаборатории, способные определить состав корма и точные дозировки включенных в него компонентов. Иными словами, даже если добыть образец корма, то в Грузии не существует лаборатории, которая могла бы с точностью определить, сколько во взятой для анализа смеси содержится кукурузы, сколько пшеницы, какова в ней доля премикса и других компонентов. Получается, недобросовестному грузинскому фермеру достаточно, чтобы просто никто не стоял у него над душой в момент, когда он засыпает все это в дробилку. Ну а после того, как компоненты засыпаны и перемешаны, никто ни в чем упрекнуть его уже не сможет. Не станем скрывать, что описанная проблема дает о себе знать не только в процессе кормления кур. Аналогичная ситуация постоянно возникает и во время откорма крупного рогатого скота и свиней. В результате, получается, что, как ни крути, единственное натуральное мясо у нас в стране – это баранина, однако употреблять ее в пищу наравне с говядиной или курятиной, готовы далеко не все.
Отдельная проблема – болезни животных. Наверняка многие из вас видели на дорогах за городом спускающиеся с гор отары овец и стада коров. Присмотритесь к ним повнимательней, и вы заметите, что большинство животных слегка прихрамывает. Может показаться, что это происходит из-за необходимости преодолевать в ходе перегона большие расстояния, однако дело, оказывается, вовсе не в этом. Более 80% крупного рогатого скота и овец заражены у нас так называемой ящурной инфекцией, которая, в первую очередь, поражает копыта. Зараженные животные во время передвижения мочатся или испражняются, и так возникают новые очаги заболевания. Стоит пройти по этим выделениям другому, совершенно здоровому животное, и очень высока вероятность того, что оно тоже заразится.
Национальное агентство продовольствия подтвердило, что вакцина против упомянутого выше ящура уже получена и будет распределена на будущей неделе. Но кажется, с данной процедурой сильно опоздали. Объясню на простом примере. Допустим, кто-то гонит здоровый скот или овец и прямо по дороге прививает их, чтобы защитить от ящура. Но дело в том, что вакцина, о которой идет речь, начинает действовать только через две недели после ее введения в организм животного. Как по-вашему: станет чабан или пастух держать крупный рогатый скот или отару овец на одном месте в течение этих самых двух недель?
На прошлой неделе среди свиней в западной части Грузии, в регионе Имерети, распространилась свиная чума, и теперь населению приходится закапывать павших от этой беспощадной болезни животных. Представьте состояние сельского жители, который к Новому году присмотрел себе свинью, выращивал поросят к праздничному столу или на продажу, а теперь остался ни с чем. Учитывая, что свиная чума, или как она правильно называется, африканская чума свиней, распространяется быстро, действовать следовало максимально слаженно и оперативно. Но и здесь мы опоздали: пару дней назад свиньи начали погибать от нее уже и в окрестных селах Тбилиси.
Можно предположить, что к новогодним праздникам у нас возникнет острый дефицит местной свинины (который и без того налицо), а уж какой вкус у свинины привозной, вы знаете не хуже моего. Мы об этом тысячу раз говорили и я не поленюсь повторить: если к развитию сельского хозяйства не подключить все имеющие к нему хоть какое-то отношение государственные ведомства, нам ничего не поможет, и вскоре мы лишимся даже того немногого, что пока еще имеем.
Леван Габашвили
