— После того как госсекретарь США Марко Рубио заявил о провале Анкориджа и указал на необходимость искать новые идеи, на каких условиях Россия готова разговаривать об урегулировании ситуации вокруг Украины? Готова ли по-прежнему Москва к компромиссам, или же ее позиция ужесточается? Как на это влияют теракты ВСУ против российской гражданской инфраструктуры?
— Действительно, риторика американцев и действия достаточно противоречивы. Обратили внимание на высказывания Рубио в июне о том, что Вашингтон не рассматривает себя в качестве «нейтрального посредника». В то же время на днях он сказал, что в ближайшие недели США попытаются организовать переговоры по Украине. Сами за себя говорят продолжающиеся поставки американских вооружений киевскому режиму, предоставление разведывательных данных и иное содействие, что не стыкуется со стремлением к миру.
Остро ставим все эти вопросы в ходе продолжающихся контактов с Вашингтоном. Со своей стороны, сохраняя приверженность поставленным руководством России целям специальной военной операции, готовы к их реализации с учетом анкориджских пониманий. Убеждены, что урегулировать ситуацию вокруг Украины дипломатическими методами возможно — при наличии соответствующей политической воли. Востребованы среди прочего конкретные юридически обязывающие гарантии безопасности России, которые исключат рецидивы агрессии коллективного Запада на наших западных рубежах.
На данном этапе мы вынуждены учитывать ежедневно осуществляемый киевским режимом террор в отношении мирного населения и гражданских объектов нашей страны, а теперь уже и международной инфраструктуры. Делает он это абсолютно недальновидно, лишь усугубляя свое положение. Зеленскому не нужен мир. Продолжение конфликта для него и его клики — единственный способ сохраниться во власти и избегать ответственности за совершенные преступные деяния. В этих условиях у нас не остается иного выбора, кроме как и далее неуклонно решать военным путем задачи по демилитаризации и денацификации Украины и устранению исходящих с ее территории угроз. Двери для переговорного процесса не закрываем, однако мяч не на нашей стороне.
— Сохраняются ли перспективы возобновления переговоров в стамбульском и женевском форматах? Или этот этап уже позади?
— Повторим, что политико-дипломатический путь решения украинского кризиса всегда являлся и является для нас предпочтительным. Предыдущие контакты, в которых участвовали наши представители, «забуксовали» не по вине Москвы. Хорошо известно, что стамбульский формат в 2022 году сорвал тогдашний британский премьер-министр [Борис] Джонсон, призвав Киев «просто воевать». Возобновленные по инициативе президента России Владимира Путина в 2025 году контакты в Стамбуле Киев остановил под предлогом «отсутствия прогресса».
Наши принципы и подходы, на которых должно строиться долгосрочное и справедливое урегулирование, не претерпели изменений. Они были озвучены президентом Российской Федерации Владимиром Путиным 14 июня 2024 года в ходе выступления в МИД России. Мы открыты к любым конструктивным предложениям, которые учитывали бы эти продиктованные объективной действительностью позиции и законные интересы безопасности нашей страны.
— О чем свидетельствуют внутриполитический кризис и кадровые перестановки на Украине, в частности назначение нового главкома ВСУ Драпатого? Как это повлияет на ход конфликта?
— От перемены мест слагаемых сумма в «карманах» Зеленского не меняется. Очевидно, что произошедшие кадровые перестановки были продиктованы желанием главы киевского режима сохранить в своих руках власть и контроль над западной финансовой «кормушкой». Собственных ресурсов продолжать конфликт у Украины давно нет. Поэтому нынешние перетасовки функционеров в Киеве никак не повлияют ни на внутреннюю ситуацию на Украине, ни на ход конфликта. Россия продолжит специальную военную операцию до полного достижения всех поставленных целей и задач.
Что касается нового главкома ВСУ Драпатого, то он давно показал свое истинное лицо и не раз обнажал неонацистскую сущность киевского режима. Например, в интервью украинским СМИ он утверждал, что российская нация «не имеет права на существование», а жителей Донбасса оскорблял непечатными словами. Подобные выпады лишний раз доказывают обоснованность целей по денацификации Украины. Над чем и будем работать.
— Президент Азербайджана Ильхам Алиев сообщил о якобы состоявшихся в Баку контактах между представителями России и ФРГ по вопросу украинского урегулирования. Можете ли вы подтвердить или опровергнуть эту информацию?
— Никаких официальных контактов с ФРГ по вопросам украинского урегулирования не было и нет, да и вряд ли они возможны с учетом крайне агрессивной антироссийской риторики и практических шагов германского политического руководства.
Что касается неформальных встреч представителей различных общественных структур России и Германии, то они были и продолжаются.
— Есть ли какие-то четкие временные лимиты, когда страны ЕАЭС ожидают от Армении проведения референдума о членстве в объединении? Не готовятся ли какие-либо меры в отношении Еревана со стороны союза в ближайшее время?
— В совместном заявлении президентов России, Белоруссии, Казахстана и Киргизии от 29 мая относительно европейских устремлений Армении говорится о необходимости проведения в этой стране общенационального референдума о вступлении в ЕС или дальнейшем пребывании в составе ЕАЭС в возможно короткие сроки, но без указания конкретной даты.
При этом уже обозначено, что данный вопрос вновь будет обсуждаться в ходе декабрьского заседания Высшего Евразийского экономического совета, когда главам государств должны будут представить доклад о возможных последствиях приостановления в отношении Армении действия Договора о ЕАЭС от 29 мая 2014 года. Очевидно, что, если к тому моменту призыв о референдуме не будет услышан, лидеры примут этот факт во внимание при определении соответствующих дальнейших совместных шагов.
От себя добавлю, что ст. 205 Конституции Армении предполагает, что подобный референдум по вопросам членства в надгосударственных международных организациях должен инициироваться именно правительством Республики Армения. В то же время при обсуждении в 2025 году будущего закона «О начале процесса вступления в Европейский союз» нам говорили, что, несмотря на положения конституции, его принятие не требует проведения референдума, поскольку данный документ — всего лишь ничего не значащая политическая декларация. Теперь же мы слышим, что результаты июньских выборов в Армении якобы уже сами по себе являются свидетельством общенациональной поддержки проевропейского курса, дальнейшего внедрения в стране европейских норм и правил, а значит — снова нет необходимости в референдуме. Напомню, что в ходе предвыборной кампании Пашинян делал порой диаметрально противоположные и путаные заявления. При этом иногда также довольно откровенно признавал, что Армению в ЕС пока никто не приглашал и что его членом она вообще может никогда и не стать.
Сказано было уже действительно очень многое, однако ясности это совсем не прибавляет. Именно поэтому лидеры России, Белоруссии, Казахстана и Киргизии заявили о необходимости узнать, что же на самом деле думают жители Армении по данному поводу. Причем не в абстрактно-теоретическом плане («хотите ли вы в ЕС?»), а в конкретно-практическом: готовы ли вы отказаться от членства в ЕАЭС ради перспективы — не вполне очевидной — присоединения к ЕС в будущем? Поскольку именно такая формулировка вопроса будет наиболее честной по отношению к самим гражданам Республики Армения. Да и к остальным членам ЕАЭС тоже.
— Глава МИД России Сергей Лавров предупреждал, что из-за неуплаты Арменией взносов ОДКБ рассмотрит задействование соответствующей статьи устава о невыполнении обязательств. На какой стадии находится этот процесс? Каким Москва видит будущее отношений с Ереваном, учитывая сближение республики с ЕС, а также отношение к ОДКБ и ЕАЭС?
— Устав ОДКБ является международным договором и должен добросовестно выполняться всеми его сторонами, включая обязанность каждого государства-члена по финансированию деятельности органов ОДКБ. Отказ Еревана от участия в работе организации и неподписание ежегодных решений о ее бюджете означает лишь неиспользование принадлежащего ему права, но не прекращает обязательств Армении по своевременному перечислению национального взноса.
Исходя из принципа сохранения институциональной эффективности, в любой международной организации на этот случай есть предусмотренные основополагающими документами процедуры. ОДКБ не исключение. Однако любые решения, касающиеся возможного принятия ограничительных мер в отношении одного из членов организации, полностью относятся к прерогативам Совета коллективной безопасности (в него входят главы государств — членов ОДКБ), который вправе принимать такие решения на основе положений устава организации (в частности, в ст. 20 и 25). Следующее заседание Совета пройдет в Москве 11 ноября.
— Сохраняется ли риск вооруженной провокации Украины против Белоруссии на фоне недавних агрессивных заявлений Зеленского? Какие меры Москва и Минск могут совместно принять для сдерживания Киева на этом направлении?
— Подобные риски, безусловно, нами учитываются. В июне со стороны отдельных представителей киевского режима действительно звучали необоснованные угрозы в адрес братской Белоруссии. Более того, эти агрессивные выпады были поддержаны на уровне Еврокомиссии устами ее официального представителя [Аниты] Хиппер.
Рассматриваем такие замыслы Киева и его европейских спонсоров как очередное свидетельство незаинтересованности украинской хунты в установлении мира в регионе, его стремления расширить географию боевых действий, втянув в конфликт ближайших соседей.
Любые попытки дестабилизации обстановки и провокации против нашего союзника будут расцениваться как посягательство на все Союзное государство. С марта 2025 года между Россией и Белоруссией действует Договор о гарантиях безопасности в рамках Союзного государства, который закрепляет четкий механизм совместного реагирования на любые действия, которые могут быть квалифицированы как угроза суверенитету, территориальной целостности или конституционному строю одной из сторон. В соответствии с духом и буквой этого соглашения безопасность России и Белоруссии неделима, а любое посягательство извне на одного из союзников автоматически рассматривается как вызов всему Союзному государству.
В рамках единого оборонного пространства успешно функционируют объединенная Региональная группировка войск (сил) и Единая система ПВО. На территории Белоруссии в 2024 году было размещено российское нестратегическое ядерное оружие, а в конце 2025 года — ракетные комплексы «Орешник«. В плановом режиме проводятся совместные военные учения по повышению боевой подготовки. В 2025 году в рамках масштабных маневров «Запад-2025» отрабатывались различные сценарии отражения агрессии против Союзного государства. 21 мая состоялись первые совместные учения по управлению стратегическими и тактическими ядерными силами.
Надеемся, что западным партнерам хватит благоразумия удержать режим Зеленского от провокаций, способных привести к непоправимым последствиям для Европейского континента.
— Каковы сейчас риски вооруженных провокаций киевского режима и властей Молдавии в Приднестровье?
— В текущих условиях риски непосредственно вооруженных провокаций Киева и властей Молдавии против Приднестровья оцениваются нами как невысокие. Вместе с тем исключать их полностью нельзя.
Несмотря на систематические заверения молдавских функционеров о намерении мирного решения приднестровской проблемы, не может не вызывать беспокойства тот факт, что Кишинев продолжает наращивать сотрудничество с Киевом, блоком НАТО и его странами-членами. Руководство Молдавии и киевский режим должны понимать: вооруженная агрессия в отношении Левобережья, где проживают более 220 тыс. российских граждан, будет чревата катастрофическими последствиями для самих агрессоров.
Как мы не раз говорили, подобные безрассудные, безответственные действия будем рассматривать в соответствии с международным правом как нападение на Российскую Федерацию и не оставим без решительного и своевременного ответа. Для обеспечения надежной защиты находящихся в Приднестровье россиян, Оперативной группы российских войск и наших миротворцев используем, без сомнений, все имеющиеся для этого средства. Мы готовы к любому развитию событий.
— Чего добивается Кишинев, демонстративно нарушая права российских дипломатов, применяя силу и угрожая задержанием сотрудникам посольства России? Чем может ответить Москва?
— Мы неоднократно отмечали, что официальный Кишинев утратил даже видимость самостоятельности и безоглядно выполняет установки Брюсселя, прежде всего направленные против России.
Отсюда стремление молдавских властей любой ценой зачистить общественно-политическое пространство Молдавии от всего, что связано с нашей страной. Для этого кишиневский режим ограничил работу российских и русскоязычных СМИ, развернул репрессии против своих политических оппонентов, заинтересованных в восстановлении конструктивного диалога с Россией, постарался максимально осложнить российско-молдавские контакты в экономической, научно-образовательной, культурной и гуманитарной сферах. В этом контексте очевидно, что молдавских руководителей раздражает повседневная работа нашей дипломатии, в задачи которой входит содействие развитию взаимовыгодного сотрудничества между Россией и Молдавией и укрепление традиционно дружественных отношений между народами наших стран.
Практика провокаций в отношении сотрудников нашего посольства, российских дипломатических курьеров и официальных лиц начала применяться Кишиневом после прихода к власти в стране прозападных антироссийских сил в 2020–2021 годах. Молдавская сторона ввела квотирование численности состава посольства, неоднократно имели место случаи высылки наших дипломатов, отказов в их аккредитации, удержания и препятствования в пересечении границы.
Разумеется, с учетом принципа взаимности все эти враждебные действия получали и впредь будут получать адекватные ответы.
От цивилизованного дипломатического диалога по всему комплексу вопросов, связанных с трансграничным перемещением между двумя странами, молдавская сторона, к сожалению, упорно уклоняется.
— Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев на встрече с Путиным в Омске предложил «заморозить» украинский конфликт и вернуться к «Стамбульской формуле 2.0». До этого по инфраструктуре Каспийского трубопроводного консорциума (КТК) были нанесены удары, которые в Астане осудили, не назвав виновников. Может ли угроза повторения таких инцидентов изменить позицию казахстанской стороны? Есть ли опасность полной остановки экспорта КТК через Новороссийск?
— Казахстан — наш ближайший партнер и союзник, с которым мы ведем доверительный диалог по многим стратегическим вопросам. Благодарны за внимание руководства республики к ситуации вокруг Украины. Ценим его усилия по поиску путей скорейшего мирного урегулирования конфликта. Кроме того, Астана не раз предлагала для переговоров свою площадку. Однако, как неоднократно говорил Владимир Путин, без устранения первопричин этого кризиса никакая «заморозка» невозможна.
Очевидно, что Зеленский потерял всякую связь с реальностью и пытается эскалировать конфликт, вызывая недовольство и в тех странах, которые Киев считает партнерами. Чего стоят варварские обстрелы объектов гражданской энергетической инфраструктуры. В июле — августе ВСУ совершили с применением БПЛА демонстративные террористические нападения на объекты, обеспечивающие функционирование Каспийского трубопроводного консорциума, работающего прежде всего на интересы казахстанской экономики. Надеемся, на это последует адекватная реакция мирового сообщества, в том числе в имеющих влияние на киевский режим США и странах Европы, чьи нефтегазовые компании являются акционерами КТК.
Исходим из того, что наши казахстанские друзья прекрасно понимают, что с терроризмом необходимо бороться во всех его формах и проявлениях. Лучший способ добиться этого — купировать террористическую активность киевского режима, обеспечить мир и безопасность в Евразии путем разрешения конфликта вокруг Украины на основе устранения его первопричин. Это как раз то, чего добивается наша страна в рамках специальной военной операции. Как известно, безопасность либо есть для всех, либо ее нет ни для кого.
— Между Россией и Грузией активно развиваются экономические связи, бурно растет товарооборот и туристический поток. Нынешнее грузинское руководство демонстрирует столь редкую сейчас относительно независимую внешнюю политику. Однако двусторонний политический диалог полностью прекращен. Как вы оцениваете возможности его возобновления в ближайшее время?
— В основе отношений между нашими странами лежат многовековые исторические и культурные узы, единый духовный фундамент. Мы, несмотря на известные политические разногласия, стремимся выстраивать с Грузией взаимоуважительные отношения.
Действительно, за последние годы налицо значительный прогресс в торговом сотрудничестве, в туризме. Каждый четвертый турист в Грузии — из России, а наш емкий рынок является главным для основных товаров грузинского экспорта. Мы это приветствуем, поскольку считаем своей задачей создание условий для расширения гуманитарных и деловых связей, другими словами — то, что важно гражданам наших стран.
Подчеркну: с учетом тесного переплетения исторических судеб и географии Россия и Грузия являются друг для друга естественными партнерами. Об этом свидетельствует и тот факт, что даже беспрецедентное внешнее давление на Тбилиси, ультимативные требования к нему отказаться от взаимодействия с нашей страной не возымели того эффекта, на который рассчитывали на Западе.
Мы открыты к дальнейшему расширению прагматичных связей с Тбилиси. Очевидно, что залог успешного развития Грузии — не в конфронтации, а в сотрудничестве с нашей страной.
Что касается двусторонних политических контактов, то они на сегодняшний день отсутствуют. Причина кроется в неготовности грузинской стороны к подобному диалогу. Мне, конечно, сложно судить, как это помогает Грузии преодолевать те или иные проблемы, но это решение ее властей.
