Президент США Дональд Трамп выступил с инициативой ввести санкции против Ирана и пригрозил санкциями странам, которые дадут Ирану возможность перевести дух. После этого заявления на грузинской границе границе развернули 321 автомобиль, подготовленный для отправки по реэкспорту из Грузии иранским потребителям. Разразился большой скандал: грузинские автодилеры считают, что машины были уже проданы и поставка сорвалась не по их вине, а иранские покупатели, лишившись права вывезти приобретенные автомобили, требуют вернуть им уплаченные деньги. Между тем, по имеющейся у нас информации, Грузия не собирается присоединяться к американским санкциям, объясняя свою позицию тем, что разрыв торговых связей с Ираном нанесет ущерб интересам страны. Такое решение, безусловно, верно, поскольку в спорных ситуациях нам всегда следует исходить из интересов собственной страны, а не из того, что в данном случае понравится США или Европе.
Теперь о том, чем было продиктовано это вступление…
«Мы хотели бы предостеречь некоторых наших коллег, поддерживающих деструктивную линию в Грузии. Попытки Евросоюза повлиять на внутриполитическую ситуацию в стране и втянуть Тбилиси в НАТО не приведут к хорошим результатам. Нынешнее прагматичное руководство Грузии это хорошо понимает. Россия руководствуется интересами сохранения и укрепления безопасности в регионе и поэтому готова продолжать отношения с теми, кого волнует судьба Южного Кавказа. Мы также готовы содействовать развитию диалога между Тбилиси, Сухуми и Цхинвали, чтобы установить долгосрочный мир и решить накопившиеся в этих регионах проблемы», — заявил постоянный представитель Российской Федерации при ООН Василий Небензя.
Что это означает? Не является ли это прямым намеком на то, что Россия готова без посредников, лицом к лицу разговаривать с Грузией на любые темы, в том числе обсуждать проблему Абхазии и Самачабло?! Оппозиция в ответ как обычно заявит: пусть они сначала отзовут признание, и только потом мы согласимся разговаривать. Но обратите внимание на фразу: «Мы также готовы содействовать развитию диалога между Тбилиси, Сухуми и Цхинвали, чтобы установить долгосрочный мир и решить накопившиеся в этих регионах проблемы…»
Что именно подразумевается под развитием такого диалога, вероятно, станет ясно только после того, как мы сядем за стол переговоров, ну а если не сядем, то так никогда этого и не узнаем. К сожалению, у нас накопился определенный негативный опыт, показывающий, что как только кто-либо из авторитетных представителей грузинской или российской стороны решится сделать акцент на возможности диалога, сразу же, во всяком случае, не позднее, чем через пару недель, происходит нечто такое, что сводит на нет любую возможность этот диалог начать. Есть подозрение, что и сейчас все будет развиваться в соответствии с таким же сценарием – кто-то что-то сделает намеренно провокационное или кого-нибудь заставят это сделать.
Примечательно, что Небензя интересно высказался о Георгии Барамидзе.
«Недавно в Грузии разгорелся политический скандал из-за заявления бывшего министра обороны Георгия Барамидзе. Этот человек, который был союзником Саакашвили и которого трудно было бы назвать голубем мира, говорил о военных преступлениях, совершенных грузинской стороной в ходе конфликта в Абхазии в начале 1990-х годов, и отметил, что грузины «пленных не брали», — отметил высокий российский чиновник. Тем самым он подтвердил, что России известно об этом факте, но не стал обострять вопрос и использовать его с целью политического торга. Как видите, Небензя решил не делать акцент на том, что слова Барамидзе являются признанием и грузины устроили геноцид абхазам (хотя после подобного предательского заявления он имел полное право озвучить эту позицию).
То есть, если смотреть правде в глаза, мяч, как говорится, находится сейчас на нашей стороне, и именно нам предстоит решить, как события станут развиваться дальше. Давайте будем рассуждать, как реалисты, как прагматики, и признаем, что подобный шанс начать переговоры выпадал нам крайне редко. Может быть, настало, наконец, время сесть за стол и перестать интересоваться тем, что думают на этот счет Америка и Европа?! Быть готовыми нужно и к тому, что в ответ на такого рода шаг Запад введет против нас санкции. Не вызывает сомнений, что нас начнут публично поносить, обвинять в измене и даже продаже Родины. Но, согласитесь, что лучше ограничиться ушибом, чем получить серьезный перелом, и потому этот шаг необходимо предпринять.
Если мы согласны с тем, что разговор с Россией один на один, без каких-либо посредников, пойдет на пользу интересам нашей страны, начать действовать следует как можно скорее. И если существует хоть малейший шанс на восстановление в какой-либо форме юрисдикции Грузии над Абхазией и Самачабло, надо обязательно начать переговоры с Россией. Для всех очевидно, что без переговоров ничего не получится, и мы никогда не продвинемся ни на шаг вперед. Что самое главное, это прекрасно знает и Запад. Судя по всему, именно по этой причине он так настойчиво всячески препятствовал им: ведь если мы договоримся с Россией по вопросу утраченных территорий, у нас больше не останется ни предмета для спора, ни повода для продолжения конфликта. Если территориальная целостность Грузии будет восстановлена, придется открыто признать, что у Грузии нет и не может быть торгового партнера и соседа лучше, чем Россия.
Именно в этом кроется главная причина, по которой Запад в любом случае будет препятствовать нашему прямому общению с ней. В его планы не входит обеспечение мира, спокойствия и порядка на Южном Кавказе. Поскольку подвигнуть нынешнее правительство Грузии на достижение нужного эффекта не удалось, оттуда стали подталкивать Армению, и правительство Пашиняна уже пожинает первый результат своей новой позиции – официально передало Нагорный Карабах Азербайджану, одновременно убеждая собственное население в том, что решить проблему другим способом было невозможно. Получается, таков почерк Запада: если он берет тебя под свое крыло, определенную часть своей территории ты должен передать другому, и только после этого получаешь шанс называться «маяком демократии». Интересно, что Армения точь-в-точь повторяет путь, который прошли мы. Исходя из этого, Пашинян, скорее всего, закончит примерно так же, как «умудрился» закончить Саакашвили.
В настоящее время отношения между Грузией и Россией носят преимущественно торговый характер. Точнее, Россия является для Грузии одним из (если не единственным) рынков, куда мы беспрепятственно и, что самое главное, по вполне приемлемым ценам продаем излишки своей продукции. Запад прекрасно знает и об этом, тем не менее он даже не пытается заменить нам в этом плане российский рынок, поскольку даже то небольшое количество продукции, которое Грузия могла бы экспортировать в Европу, немедленно создало бы там помехи местному производству, а европейцы, как и подобает (когда дело касается их, а не нас), ставят на первое место именно интересы собственных стран. Вот где, собственно, собака и зарыта – Запад публично заявляет и на собственном примере убедительно демонстрирует, что интересы государства превыше всего, но только в случае, если речь идет о нем самом. Тем временем Грузия и страны, подобные ей, обязаны, по его мнению, думать, прежде всего, о проведении международных (то есть западных) интересов, свои собственные, принося им в жертву.
Помните, когда премьер-министром Грузии был Георгий Гахария, ему на экономическом саммите в Давосе представилась возможность напрямую поговорить с Владимиром Путиным. Это было настолько реально, что называли не только дату, но и час этой встречи, и в Грузии все с нетерпением ее ждали. Однако Гахария вдруг сделал в адрес России заявления, после которых ни один лидер уважающей себя страны не стал бы с ним не то, что разговаривать, но и близко бы к себе не подпустил. Так что встреча, естественно, сорвалась.
До Гахария, будучи премьером, аналогичную попытку предпринял Ираклий Гарибашвили, но… Кстати, обязательно нужно сказать о том, что правящая команда сама призналась – несколько раз она допускала ошибку в выборе лидеров. Ошиблась с одним президентом, со вторым… Ошиблась с одним премьер-министром, со вторым, с третьим… Ошибалась с министрами — силовиками и не силовиками, и, вполне возможно, это тоже как-то повлияло на нормализацию отношений с Россией. В конце концов каждый раз все складывалось так, что первым лицам приходилось больше думать и заботиться о собственном спасении, а не о нашем государстве Так что им попросту было не до России…
Никто не знает, когда еще нам представится такой шанс, как сегодня, и представится ли вообще. Ведь Россия сама сделала первый шаг и публично заявила, что готова к переговорам, готова обсудить вопрос Самачабло и Абхазии, готова к долгосрочному миру. Вряд ли такое повторится, поэтому необходимо ухватиться за выпавший шанс и использовать его. Для принятия подобного решения, помимо доброй воли, безусловно, потребуются смелость и готовность к тому, чтобы не оглядываться на Запад.
Готова ли наша власть к такому повороту, сказать трудно. Между тем, сделать это рано или поздно придется, поскольку это станет неизбежно, и лучше уж предпринять такой шаг сейчас, действуя обдуманно и взвешенно, а не в условиях форс-мажора.
Бесо Барбакадзе
