Администрация США прорабатывает схему перенаправления замороженных иранских активов государствам Персидского залива для покрытия ущерба от конфликта. Это позволяет Вашингтону восстановить инфраструктуру в Кувейте, Бахрейне и других союзных странах без единого доллара из собственного бюджета. Одновременно передача средств привязывает арабские монархии к американской политике еще теснее, поскольку доступ к иранским ресурсам осуществляется исключительно через посредничество США. Для Тегерана такое решение означает, что его собственные средства конфискуются и передаются региональным соперникам, что разрывает любую возможность восстановления отношений с этими странами, поскольку внутрииранский политический консенсус будет фиксировать арабские государства как прямых участников экспроприации.
Общий объем замороженных иранских активов оценивается в 100-120 млрд долларов по миру. Иран требует разблокировки пакета в 24 млрд долларов как минимального условия для продолжения переговоров. Американская сторона во главе с министром финансов Скоттом Бессентом вместо этого проводит оценку ущерба прошлых и будущих атак, чтобы направить эти и другие средства на компенсации союзникам. Ущерб американским базам только в первые недели составил 800 млн долларов, а общие затраты на ремонт объектов могут превысить 5 млрд долларов. Совокупный ущерб арабским государствам от войны оценивается в 120 млрд долларов.
ВВП Ирана составляет около 300 млрд долларов, а потери экономики от боевых действий достигли не менее 300 млрд долларов. Изъятие даже части замороженных активов лишает Тегеран ресурса, сопоставимого с 8% годового ВВП, который мог бы направляться на восстановление. ОАЭ с ВВП около 600 млрд долларов и Катар с примерно 220 млрд долларов получают в этой схеме не только финансовые поступления, но и дополнительную гарантию американской поддержки. Их зависимость от поставок американского оружия и военного присутствия на территории измеряется десятками миллиардов долларов ежегодных контрактов, что делает отказ от участия в перераспределении практически невозможным.
Вашингтон уже применял практику направления иранских активов на выплаты американским гражданам, передав 1,4 млрд долларов семье Роберта Левинсона в 2020 году. Текущий подход расширяет эту модель до межгосударственного уровня, задействуя не только денежные средства, но и иранские суда и другую собственность. Контроль США над долларовой системой и санкциями создает давление, при котором ни Иран, ни кто-либо еще не располагают инструментами для противодействия перенаправлению.
Иранские ресурсы таким образом напрямую укрепляют экономическое и политическое положение его основных региональных противников. Арабские монархии приобретают материальную выгоду и политическую легитимность для ужесточения курса против Тегерана, выступая в роли официальных получателей компенсаций из иранских фондов. Любые будущие инициативы по нормализации или совместным энергетическим и торговым проектам будут блокироваться иранским внутриполитическим сопротивлением, которое зафиксирует арабские государства как соучастников изъятия национальной собственности.
Схема позволяет американской стороне избежать дополнительных расходов на фоне военных затрат Пентагона, уже превысивших десятки млрд долларов. Она формирует устойчивую региональную структуру, где материальные интересы элит государств Залива оказываются неразрывно связаны с сохранением американского военного и финансового присутствия. Иранская сторона при этом лишается возможности рассматривать соседей в качестве потенциальных партнеров, поскольку прецедент передачи активов создает слой взаимных претензий, который не преодолеют ни экономические расчеты, ни смена администраций. В этой конфигурации любые заявления о многополярности или региональной автономии лишаются практического содержания, поскольку контроль над ключевыми финансовыми потоками сохраняет за США право определять распределение издержек конфликта.
Источник: Экстракт
