Борис Рожин — о потенциале расширения ядерного клуба
На фоне развивающегося военно-политического кризиса вокруг иранской ядерной программы министр иностранных дел Турции Хакан Фидан сообщил, что если какая-либо из стран региона получит ядерное оружие, то Анкара тоже вступит в ядерную гонку. Фактически это означает выход из режима нераспространения ядерного оружия (ЯО).
Расклад сегодня
Увеличение числа членов ядерного клуба на текущий момент сдерживается как давлением великих держав, так и Договором о нераспространении ЯО, который остался одним из немногих уцелевших соглашений ушедшей эпохи на этом векторе.
Сейчас известно о ЯО у России, США, Китая, Франции, Британии, Индии, Пакистана, КНДР, Израиля. Причем последние две по факту стали ядерными державами в обход существовавших ограничений, являясь примерами того, что при определенных военно-политических обстоятельствах режим нераспространения может быть нарушен. Соответственно, в эпоху упадка международного права и разрушения огромного массива международных договоров риски слома режима нераспространения ядерного оружия возрастают.
При этом военно-политическая обстановка в мире, где бал правит сила и крупные державы открыто угрожают малым, требуют от них подчинения, подпитывает стремление относительно субъектных стран получить весомую защиту от внешней военной агрессии.
Если рассматривать страны, прямо или косвенно заявляющие о своих ядерных амбициях, то это Иран, Саудовская Аравия, Турция, Германия, Япония, Южная Корея, Бразилия и Украина.
Но одно дело — хотеть, а другое дело — иметь возможность. Есть ряд путей получения ядерного оружия.
Разместить на своей территории ЯО другой страны
Как это делает Белоруссия, на территории которой для защиты от нападения НАТО размещены носители российского ядерного оружия (ОТРК «Искандер», ракетный комплекс средней дальности «Орешник» и штурмовики Су-25, способные нести ТЯО). При этом основной контроль над этим оружием остается у РФ, которая фактически раскрывает свой ядерный зонтик над территорией союзного государства в оборонительных целях.
По такому же принципу в ряде стран НАТО размещено ядерное оружие США. Например, на территории той же Турции оно хранится на авиабазе Инджирлик, есть также в Британии, Италии, Германии, Голландии и Бельгии. Всего порядка 150 ядерных бомб в шести странах. Также стоит отметить, что некоторое количество ядерных бомб из Турции были еще в 2016 году перевезены в Румынию где периодически появляются их носители — стратегические бомбардировщики B-52 и B-1B Lancer.
Получить ЯО в собственное пользование при поддержке другой державы
Не является секретом, что США помогали Британии получить ядерное оружие на определенных этапах ядерной программы, а Китай оказывал содействие в создании ЯО и средств его доставки КНДР. Можно также отметить вклад Израиля в этом направлении в ЮАР, которая в 1990-х отказалась от военной ядерной программы. И, конечно, не могу не упомянуть о роли Советского Союза в китайской военной ядерной программе.
При Никите Хрущеве в 1956 году СССР официально заключил соглашение с КНР, в рамках которого Москва помогала строить на территории Китая объекты гражданской и военной ядерной промышленности, в том числе и завод по производству ЯО. Пекину были переданы документация и оборудование советской ядерной программы, а также предоставлены образцы первых баллистических ракет и полный технологический пакет по их созданию и производству. Также большое количество профильных специалистов китайской ядерной программы прошли обучение в СССР.
Разработать ЯО самостоятельно
Наиболее яркие примеры тут — США и СССР, которые участвовали в ядерной гонке с нацистской Германией и смогли во второй половине 1940-х годов захватить в ней лидерство. Это же во многом обуславливает и текущее ведущее положение США и РФ в ядерных вооружениях.
Уже в ходе холодной войны к этому клубу — самостоятельно достигших цели по ЯО — присоединилась Франция. Также национальные ядерные программы с опорой на собственные силы развивали Индия и Пакистан.
Обстоятельства получения ядерного оружия Израилем достаточно туманны.
Создать грязную бомбу
Этот сценарий ближе к концепциям террористической войны. При этом грязная бомба не считается полноценным ядерным оружием, но вполне относится к классу оружия массового поражения (ОМП).
В основе лежит возможность использования объектов гражданской ядерной энергетики или отработанного ядерного топлива для создания оружия, направленного на радиоактивное загрязнение местности. Наиболее ярко эта тема поднималась в связи с попытками бандеровского режима в Киеве заявлять претензии на получение ядерного оружия перед началом СВО на Украине. Кстати, это в том числе являлось одним из аргументов, почему спецоперация все же была начата: Россия не могла позволить появиться у своих границ, да еще и в руках подобного режима ЯО.
Документы, найденные на ЗАЭС в 2022 году, подтвердили ряд наработок в этом направлении. Впрочем, бандеровский режим особо и не скрывал, что хотел бы иметь хотя бы грязную бомбу для «сдерживания России». Определенная технологическая база за счет старых позднесоветских кадров и доступа к ресурсам четырех АЭС на Украине есть. Требования «дать Украине ядерное оружие» озвучиваются регулярно.
Ближе всего
Если рассматривать текущий список «пороговых держав», то, безусловно, некоторые страны могут получить ядерное оружие достаточно быстро. Это в первую очередь касается государств, которые имеют развитую ядерную энергетику, крепкую научно-техническую базу с собственными исследованиями в сфере ядерной физики, прогрессивную промышленность и ракетостроение.
Например, Япония и Южная Корея, по ряду оценок, вполне способны создать ядерное оружие в течение нескольких лет. Бразилия еще осенью 2025 года объявила о намерениях «пересмотреть планы по использованию этой [ядерной] технологии, в том числе в оборонных целях» и увеличила финансирование разработок и исследований. Иран и вовсе уже имеет развитую ракетную и ядерную промышленность, а также значительное количество обогащенного урана.
Турции и Саудовской Аравии в этом отношении будет сложнее, так как у Эр-Рияда нет своих АЭС и нет развитой ракетной программы. А у Анкары программа баллистических ракет пока что отстает от мировых лидеров. При этом единственную АЭС для Турции строит Россия — кстати, без передачи ключевых технологий, которые можно было бы использовать для разработки ядерного оружия. Тем не менее более вероятно, что эти страны могут рассчитывать на помощь извне с разработкой и получением ЯО. Уже существующие проекты военного исламского альянса, куда входит обладающий ядерным оружием Пакистан, позволяют (пусть пока в неопределенной, но) в перспективе рассчитывать на гипотетические сценарии размещения пакистанского ЯО на территории Турции или Саудовской Аравии или же на передачу технологий для ускорения их собственных программ.
Это же касается и Германии — при том, что она некогда закрыла свои АЭС, которые могли бы послужить основой для ее ядерного проекта. Сейчас ФРГ скорее выбирает между видами ядерных зонтиков — либо американским, либо европейским. Но нельзя исключать, что в какой-то момент кризиса трансатлантических отношений Берлин может попытаться уже полностью освободиться от военных ограничений, в том числе и в сфере ОМП (в частности, Договора «2+4»). Думаю, это потребует как собственных усилий, так и передачи определенных технологий союзниками по НАТО.
Необходимость новых соглашений
В целом, все эти аспекты указывают на то, что после демонтажа большинства договоров, сдерживавших гонку ракетно-ядерных вооружений, мир станет более опасным местом, где режим ДНЯО будет подвергаться объективной эрозии из-за неработающего международного права. Нарастающие страхи и недоверие стран друг к другу подталкивают их вооружаться, в том числе путем получения доступа к различным видам ОМП.
России объективно невыгодно расширение списка формальных и неформальных членов ядерного клуба. В случае взрывного увеличения количества ядерных держав в мире Москве, думаю, придется принимать меры как по укреплению ядерной триады, так и с точки зрения пересмотра ядерной доктрины страны ввиду возможного появления новых стратегических угроз, связанных с раскручиванием гонки ракетно-ядерных вооружений. Собственно, появление такого рода угроз на Украине уже стало одной из причин самого крупного военного конфликта XXI века.
И как можно заметить, российская дипломатия ведет активную борьбу за сохранение/видоизменение Договора СНВ-III, сохранение договоров о запрете ядерных испытаний и нераспространение ядерного оружия. Но для танца нужны двое. В частности, если США целенаправленно уничтожают подобные соглашения в надежде получить стратегическое преимущество, то, конечно же, Россия не будет их соблюдать в одностороннем порядке. Об этом неоднократно заявлял и президент РФ Владимир Путин, и глава МИД Сергей Лавров.
Если же окончательный распад старой системы договоров неизбежен, считаю, нам надо уже сейчас готовиться жить в куда как более опасном мире, где круг стран, обладающих ядерным оружием, может расшириться уже в ближайшее десятилетие.
