В средствах массовой информации нередко приходится сталкиваться с мнением, что «грузинская власть пытается усидеть одновременно на нескольких стульях»…
Руководство страны по-прежнему заявляет о своем стремлении к Европе, резко критикуя при этом Запад. Председатель грузинского парламента Шалва Папуашвили заявил: «На 35-м году нашей независимости, которую мы обрели, освободившись ценой борьбы и крови от Советского Союза, оказалось, что тот, у кого мы искали защиту нашего суверенитета, стал главным врагом этого суверенитета».
К чему стремится находящаяся в настоящее время у власти «Грузинская мечта»? По этой теме с нами беседует бывший депутат грузинского парламента Дмитрий Лордкипанидзе:
— Занимаясь политическим анализом, нельзя руководствоваться только тем, что лежит на поверхности и делать выводы на основании внешнего вида возникшей картины. Для этого необходимо располагать исчерпывающей и точной информацией. Поэтому я не согласен с мнением, будто грузинская власть пытается усидеть на нескольких стульях одновременно. Скорее, она стремится избавиться от узконаправленной монополярной системы управления.
Официальный представитель Министерства иностранных дел Российской Федерации Мария Захарова недвусмысленно заявила, что Грузия борется за собственный суверенитет… Это подразумевает также перевод отношений между Россией и Грузией на более высокий дипломатический уровень, однако сегодня мы подобного обеспечить не можем. Не потому, что этого не хочет грузинская власть или против настроен кто-то в России, а потому, что этого категорически не желает Запад. Как только наши люди начинают публично говорить о необходимости перезагрузки отношений с Россией или о том, что мы являемся частью Евразии и потому непременно должны занять в ней соответствующее место, Запад немедленно навязывает нам русофобию и пытается соответствующим образом настроить население, чтобы поднять его против действующего правительства.
Тем временем отношения Грузии с Европейским союзом становятся все более напряженными. ОБСЕ заявляет теперь о нелегитимности результатов парламентских выборов 2024 года, хотя вначале эта организация сама же официально признала их. На фоне отказа подчиняться глобальному Западу страна заявляет: я являюсь прочным мостом между геополитическими центрами, и никому не удастся мною манипулировать или оказывать на меня давление.
Это верная позиция. Грузия выполняет роль главного связующего звена между Востоком и Западом. Однако наша страна должна стремиться и к тому, чтобы стать также мостом между Севером и Югом. В таком случае она приобретет крестообразное геоэкономическое и геостратегическое значение и станет государством, которому никто не сможет предъявить претензию: почему вы не являетесь членом Европейского союза, Шанхайской организации сотрудничества или БРИКС? Напротив, все будут понимать, что это оазис мира, который необходимо эффективно использовать для развития международного экономического сотрудничества.
— Когда вы ожидаете результата того, о чем говорите?
— Грузия должна суметь до 2028 года интегрироваться в большое евразийское пространство. Речь идет не о вступлении в какой-либо союз. Имеется в виду континентальная система, объединяющая Европу и Азию. Грузия должна стать ее перекрестком на всех главных путях. В этом случае наша страна сможет приобрести уникальное значение.
Все, что я перечислил, автоматически снимает с повестки дня вопрос об территориальной целостности Грузии, который в таком случае будет сведен лишь к тому, в какой конфигурации произойдет это объединение. Думаю, больше всего в данном случае подойдет федеративное устройство, возможно, асимметричное и с определенными условиями и оговорками. Но в отношении того, что Грузия должна объединиться и вернуть вынужденных переселенцев в их дома, двух мнений быть не может.
Во Владикавказе мне довелось побеседовать с очень влиятельным российским политологом Николаем Силаевым. Я напрямую спросил его: сегодня 48,7% населения Абхазии приходится на людей, ставших вынужденными переселенцами по этническому признаку. Может ли кто-либо утверждать, вопреки нормам международного права, что возвращение этих людей невозможно или недопустимо? Он ответил: «Нет, конечно, нет. Эти люди имеют полное право вернуться!».
— Будет ли грузинская власть обсуждать данный вопрос с Россией?
— Никто не требует от властей Грузии быть пророссийскими – они должны быть прагматиками. Перед действующей властью стоит непростая задача развивать работу сразу по нескольким внешнеполитическим направлениям.
— Предпринимает ли нынешняя власть что-либо в этом направлении?
— Во всяком случае, хочется верить, что все сложится именно так, как я сказал. Напряженные отношения с Европой свидетельствуют о том, что Грузия противопоставляет свои интересы интересам Европы.
— Раньше представители действующей власти насмехались над теми, кто был готов, как говорится, стоять на цыпочках перед Европой, а теперь, кажется, некоторые ее лидеры сами готовы это делать…
— О чем вы говорите? Какие еще «цыпочки»?! Недавно заместитель председателя парламентской фракции «Грузинская мечта» Леван Мачавариани заявил: если интеграция Грузии в Европу будет зависеть от признания повестки дня ЛГБТ, для нас это красная линия, и подобным спекуляциям должен быть положен конец.
Полагаю, это было очень важное и о многом свидетельствующее заявление. Мы находимся в процессе борьбы, и я вижу ее позитивные перспективы.
Беседовала Эка Наскидaшвили
