8 июля нынешнего года Парламентская ассамблея ОБСЕ приняла представленную по инициативе американского конгрессмена Джо Уилсона так называемую Гаагскую декларацию, содержащую критическую резолюцию в отношении Грузии. Согласно указанному документу, Парламентская ассамблея ОБСЕ выражает обеспокоенность в связи с парламентскими выборами в Грузии, состоявшимися 26 октября 2024 года, и напоминает, что в отчетах ОБСЕ/БДИПЧ были отмечены существенные нарушения, имевшие место в ходе их проведения:
- Ассамблея выражает обеспокоенность сообщениями о признаках фальсификаций на избирательных участках во время местных выборов в октябре 2025 года, манипуляциях с голосами, подкупе избирателей, «каруселях» и воспрепятствовании работе оппозиционных наблюдателей;
- осуждает принятие ограничительного законодательства, в частности Закона «О прозрачности иностранного влияния», изменений, внесенных в Закон «О собраниях и манифестациях», а также в Кодекс об административных правонарушениях, которые существенно ограничивают свободу объединений, средств массовой информации, выражения мнений и собраний;
- выражает обеспокоенность систематическим использованием административного ресурса и концентрацией институциональной власти, что создает неравные условия, подрывает доверие общества к демократическому процессу и фактически формирует однопартийное правление.
В связи с принятием подобного рода резолюции здоровая часть грузинского общества решительно заговорила о том, что Грузии не место в европейских структурах, что все ресурсы выстраивания с ними нормального равноправного сотрудничества исчерпаны и нашей стране необходимо в этой ситуации срочно восстановить отношения с Россией.
О резолюции ОБСЕ и сложном выборе, стоящем перед Грузией, с нами беседует политик и аналитик Михаил Жгенти:
— Возможно, вы помните, что вопрос: «В каком году Грузия войдет в альянс с Россией?» – я впервые задал, именно давая интервью вашему изданию. Тогда я как раз вернулся из Минска, где присутствовал в качестве наблюдателя от Грузии на белорусских президентских выборах. Сегодня вопрос о таком союзе стал еще более актуальным. Почему? Попытаюсь изложить свое видение этой крайне актуальной проблемы.
У нас налицо растраченные впустую 35 лет, потерянные жизни, утраченные территории, изуродованные поколения и похороненные надежды… И вот теперь 35-летняя ложь, которую мы сами на себя взвалили, можно сказать, вплотную приблизилась к своему безрадостному концу. Закономерно возникает вопрос: если мы так и не вошли ни в Евросоюз, ни в НАТО, то куда нам теперь?
Конкретно на эту тему с нами пока не говорят ни в Москве, ни в Минске, но, полагаю, до момента, когда данный вопрос появится в повестке дня, осталось ждать совсем немного. Я с уважением отношусь ко всем существующим объединениям – к формату «3+3», к Евразийскому союзу и другим организациям, однако убежден, что именно Союзное государство России и Беларуси является той моделью, в рамках которой, сохранив суверенитет и государственность, мы смогли бы установить взаимовыгодный стратегический союз с нашим северным соседом. Не жду, что все воспримут мои слова позитивно. Многие наверняка раскритикуют меня в пух и прах, но, уверяю, стратегическое сотрудничество с Россией неизбежно, и мы должны начать движение в данном направлении, прежде чем обстоятельства сами вынудят нас к этому, ибо только так нам удастся сохранить свою геополитическую значимость и традиционное грузинское достоинство.
— Признаться, это трудно себе представить. Что может заставить грузинские власти вступить в переговоры с Россией, а тем более – заключить с ней союзный договор?
— Последний саммит ОБСЕ, завершившийся несколько дней назад, в очередной раз наглядно продемонстрировал нам, насколько агрессивно относятся к Грузии европейские лидеры и политики. Взяв на вооружение принцип выкручивания рук и выдвинув неприемлемые для нашей страны требования, они пытаются установить здесь у нас полный западный диктат. Неужели и теперь непонятно, что Запад никогда всерьез не собирался принимать нас в «европейскую семью». В противном случае Грузия хотя бы образца 2003–2012 годов, которую в Европе и Соединенных Штатах Америки называли и считали «маяком демократии» на Кавказе, заслуживала как минимум членства в Европейском союзе. Но этого не случилось даже тогда.
Главной целью Евросоюза было превратить наш страну в связке с Украиной в удобный для себя антироссийский плацдарм. Что произошло с Украиной, мы сегодня видим собственными глазами, но я опасаюсь, что и Грузия пока еще не вышла из этой опасной зоны. Запад готов не раздумывая выкладывать сотни миллиардов долларов и евро ради поражения России, и потому, несомненно, пойдет на все, лишь бы Тбилиси хотя бы на некоторое время вошел в состав антироссийской коалиции.
Между Западом и Россией идет война не на жизнь, а на смерть, и лично у меня нет сомнений в том, что в сложившейся обстановке Москва является единственным гарантом нашей безопасности. Достаточно сравнить Грузию до 1989 года и после 1992-го – разница, как между небом и землей!
И пусть никто не думает и не надеется, что Россия в противостоянии с Западом потерпит поражение. Она выйдет из этого противостояния еще более сильной, так что важно вовремя определиться, где хотим оказаться мы – с побежденным Западом или с победившей Россией?! Тем более, мы успели убедиться, что и США не готовы жертвовать собой ради нас. Поверьте, Трамп или любой другой американский лидер в течение часа, не задумываясь, решит судьбу Грузии, бросив нас на произвол судьбы так же, как Соединенные Штаты бросали многих своих союзников и партнеров.
Исходя из сказанного, а также с учетом множества других весомых аргументов и факторов, заключение стратегического и всеобъемлющего договора с Россией для Грузии неизбежно.
Затронем в связи с этим и вопросы, связанные с экономикой, которая если не полностью, то уж точно в значительной степени зависит от России – как по части импорта, так и в плане экспорта грузинской продукции. Даже членство в Европейском союзе (естественно, если рассуждать теоретически) не способно изменить эту торгово-экономическую реальность.
Наконец, коснусь главной темы, которую Запад – а это теперь не вызывает сомнений – навязал нам, в результате чего мы потеряли свои исторические территории, а сотни тысяч грузинских граждан превратились в беженцев или вынуждены жить в атмосфере перманентного страха и угроз.
Что мы собираемся делать с Сухуми и Цхинвали? Может намерены добровольно отказаться от двух этих регионов? Между прочим, Евросоюз к такому развитию событий готов. Сразу же подчеркну, для подавляющей части грузинского общества это стало бы полной катастрофой. Так каким же видится решение этой проблемы, если мы снова хотим жить все вместе? Для меня крайне важно, чтобы Грузия оказалась в составе такой организации или такого содружества, в которых и Сухуми, и Цхинвали чувствовали и считали бы себя в безопасности. Главное для нас очутиться под одним зонтиком. Это позволит начать диалог, а путь к взаимопониманию обязательно найдется.
— Когда, по-вашему, будут урегулированы отношения между Грузией и Россией?
— Прежде всего, необходимо согласиться с тем, что третья мировая война уже началась. Не все рядовые граждане это замечают, но нынешняя война рано или поздно неизбежно перерастет в полномасштабные боевые действия, где вместе с Европой на линии огня окажется и Азия. Потому нам необходимо заранее ко всему этому подготовиться. Процессы будут развиваться настолько быстро, что времени на долгие размышления уже не останется.
Когда это произойдет? Говорят, что как только завершится война на Украине, настанет очередь Кавказа. Думаю, если Евросоюз решит окончательно пожертвовать Грузией, а поступить так ему, поверьте, не составит труда, это будет происходить в параллельном режиме. Коллективный Запад сделал все, чтобы «специальная военная операция» переросла в войну. И если вспомнить слова министра иностранных дел Российской Федерации Сергея Лаврова, то «Россия утратила доверие к Западу». Вообще-то она обладает огромным терпением, но всему, как говорится, есть предел. И тогда случится то, что сделает ее победу неизбежной. Поэтому ко времени, когда в мире начнется большая война, мы должны будем уже четко определиться, где нам быть и с кем.
Не хочу никого пугать, но опасность реальная, и она очень близка. У «Грузинской мечты» ничего не получится, если она намерена сидеть сложа руки и дожидаться выборов 2028 года, рассчитывая, что получит на них конституционное большинство. Европа все равно эти выборы не признает, и произойдет полная делигитимация.
Примет ли Запад нынешнюю власть? – Нет. США? – Тоже нет. Остается, как вы понимаете, только Россия.
Когда мы придем к союзу России и Белоруссии? Возможно, через 9 месяцев, а может быть, через 29. Предсказывать это – неблагодарное и бессмысленное занятие, но, по моему мнению, это должно произойти не позднее 2030 года…
Беседовала Эка Наскидашвили
