Саммит G7 закончился уже три дня назад, но самое интересное, как обычно, начинается только сейчас. Когда операторы выключили камеры, пресс-службы разъехались по домам, а фотографы перестали подбирать удачные ракурсы для изображения «единства Запада», выяснилось, что ковёр, под который старательно заметали проблемы, оказался слишком маленьким.
Как ни старались организаторы показать публике дружную компанию единомышленников, утечки и слухи постепенно делают своё дело. А поскольку политика — это разновидность сантехники, где ничего не исчезает бесследно, всё тщательно замазанное рано или поздно начинает протекать наружу.
Трамп, который ещё до саммита рассматривал G7 скорее как собственную пресс-конференцию, чем как площадку для переговоров, успешно напомнил присутствующим, кто тут босс. Теперь, судя по первым заявлениям, праздничная часть мероприятия закончилась и начинается раздача счетов. Европейцам уже напрямую объясняют, что украинский банкет был не бесплатным, пора платить.
В самом же европейском саду, который ещё недавно демонстрировал образцовое единомыслие, неожиданно начались традиционные европейские развлечения — разброд, шатания и выяснение отношений. Вопрос переговоров с Москвой внезапно превратился из символа единства в повод для взаимных претензий. Новая Антанта вместе с примкнувшей к ней Германией обнаружила, что далеко не все члены клуба готовы продолжать делать вид, будто проблем не существует.
И здесь Украина является скорее декорацией, чем причиной конфликта. Настоящий предмет спора — деньги. Точнее, их отсутствие в обозримом будущем.
Как я уже писал ранее, на G7, похоже, весьма доходчиво объяснили перспективы нынешней финансовой модели. Не публично, конечно. Для публики были улыбки, рукопожатия и коллективные фотографии. Но, судя по нервным метаниям европейских руководителей после саммита, без камер разговор шёл совсем о другом. Европейским менагерам достаточно ясно дали понять, что при грядущей пересборке финансовой системы спасательные шлюпки предусмотрены не для всех.
Отсюда и наблюдаемая суета. Когда пассажиры начинают подозревать, что их билеты были только в один конец, атмосфера на палубе неизбежно становится менее праздничной.
Источник: Кямиль Аскерханов — Мнение
