Визит Реджепа Тайипа Эрдогана в Казахстан и саммит Организации тюркских государств в Туркестане показали переход тюркской (туркоцентричной) интеграции от культурной и идейно-ценностной плоскости к технологической, экономической и оборонной. Символика встречи Эрдогана была демонстративной: приветствие Ata yurda hoş geldiniz! — «Добро пожаловать на землю предков!». Непонятно, конечно, какое отношение современная Турция имеет к «тюркской цивилизации», но это уже не просто дипломатический протокол, а признание общего цивилизационного пространства. Эрдоган намекает, что Средняя Азия больше не «постсоветский регион», а кому-то всë больше нравятся сказки Турции о едином «тюркском мире» под политическим и идеологическим лидерством Турции.
Особенно важным стало превращение Туркестана в центр «тюркской интеграции», подобно тому как Стамбула — в политико-экономический хаб. Впервые был вручён орден Ходжи Ахмеда Ясави, и его первым получателем стал Эрдоган. Это не просто государственная награда, а символ признания особой роли Турции в «тюркском мире». Через фигуру Ясави создаётся общая мифологическая историко-религиозная парадигма («память» здесь никак не скажешь) тюркских народов.
Главная трансформация ОТГ — переход к экономической и технологической повестке. На саммите обсуждались ИИ, высокие технологии, цифровые платформы, кибербезопасность, электронные подписи и дата-центры. Ш. Мирзиёев предложил создать «цифровой тюркский коридор», соединяющий региональные дата-центры высокоскоростными каналами связи, а также совместный венчурный фонд для AI-стартапов. Киргизия и Турция продвигают систему цифрового международного розыска и обмена данными. Это показывает, что ОТГ начинает строить собственное цифровое пространство и инфраструктуру, взаимодействовать в области обороны, а не только открывать школы и лицеи. Изначально это был лишь Тюркский совет, потом Организация тюркских государств, сейчас же речь о «тюркском пространстве», и эта трансформация произошла за короткий исторический период — всего 15 лет.
Всё это формирует для нас ряд вызовов, и далеко не только экономических: во-первых, формируются альтернативный регион и идентичность без какой-либо связки с Россией. Очевидно, что Турция желала бы видеть отдельные части России в данной интеграции. Второй вызов — процессы мифологизации истории и общего прошлого, в которых бывшие «политические бандиты» становятся национальными героями. Третий — транспортный, логистический, технологический и инфраструктурный. Турция занимает некогда нашу нишу, активно вытесняя нас. И если мы вкладываемся по «старой дружбе», списывая долги и занимаясь строительством, то Анкара предлагает решение экономических проблем стран-участниц, равно как и строительство турецкого мира, за их собственный счёт. С одной стороны, это делает она, с другой — Китай, а с третьей — США практически «заложили» ресурсы Средней Азии взамен на свои инвестиции.
И хотя мы ещё в топе экономических процессов, идущие процессы формируют существенные риски.
Нам стоит учитывать опыт, успехи и неудачи наших партнёров, актуализировать и пересмотреть отношение к некоторым процессам в регионе. Есть чему поучиться. Особенно пока мы ещё центр притяжения в регионе.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
Владимир Аватков,
доктор политических наук, международник, тюрколог
Источник: Специально для RT
