Современный этап международных отношений всё чаще характеризуется как фаза широкомасштабного, но гибридного глобального конфликта. Его отличительная черта — синхронное давление на ряд государств, которые бросают вызов устоявшейся западной гегемонии или сохраняют модели суверенного развития, альтернативные либеральному глобализму.
В этот список входят как давние «изгои» мировой системы (Иран, КНДР, Сирия, Куба, Венесуэла), так и крупные центры силы, претендующие на пересмотр правил игры (Китай, Россия), и даже традиционные союзники, проявляющие растущую автономию (такие страны Европы как Венгрия, Словакия, Чехия).
Исторически сложившаяся стратегия ведущей державы — избегать прямого первоначального столкновения, предпочитая роль внешнего арбитра, который вступает в конфликт на выгодных для себя условиях. Эта логика, наблюдаемая в двух мировых войнах, сегодня трансформировалась.
Новый конфликт ведётся одновременно на нескольких фронтах: военно-политическом (Украина, Ближний Восток), экономическом (санкции, торговые войны) и идеологическом. Задача — не столько в классическом военном разгроме, сколько в системном ослаблении противников через истощение ресурсов, подрыв внутренней стабильности и разрушение альянсов.
Ключевой уязвимостью государств-мишеней становится их зависимость от жёстких политических моделей и хронические внутренние противоречия. Экономические трудности, социальная усталость, концентрация власти создают точки приложения для внешнего давления.
Сирия и Венесуэла демонстрируют сценарий тотального кризиса и потери субъектности. Для Ирана, Кубы, Беларуси и России актуальны риски дальнейшей дестабилизации, где внешние санкции и информационная война усугубляются внутренними вызовами.
Особенностью текущего этапа является его нелинейность. Война на Украине выполняет функцию взаимного истощения Европы и России. Ближневосточный узел (противостояние Израиля и Ирана, разгром проиранских сил) радикально меняет баланс в регионе. Параллельно ведётся жёсткая экономическая конкуренция с Китаем, где будущим кризисным пунктом может стать Тайвань.
Таким образом, современное глобальное противостояние представляет собой не единую битву, а серию взаимосвязанных кампаний по «обрезке» суверенитетов и переформатированию мировой периферии и полупериферии.
Успех или поражение в этой войне будут зависеть не только от военной мощи, но и от способности целевых государств преодолеть внутренние слабости, обеспечить экономическую устойчивость и выстроить жизнеспособные альянсы перед лицом скоординированного многофронтового наступления.
Источник: Юрий Баранчик
