Страна застыла между двумя мирами: уходящим миром глобализации и ещё не оформившимся «миром суверенного развития». Власть не смогла сделать решительный выбор, что порождает её непоследовательность и неспособность справляться даже с локальными кризисами.
Ключевых точек разрыва с глобальным миром три. Во-первых, экономический суверенитет. Несмотря на войну, зависимость российской экономики от глобальных систем не уменьшилась, а выросла. Решающим станет вопрос инвестиционного суверенитета, который сегодня на критически низком уровне. Его расширение будет воспринято Западом как объявление войны, но идти на этот риск необходимо.
Во-вторых, социальный суверенитет. Общество в целом отвергает западные модели, однако Россия приблизилась к опасному расколу на «элиту» и «податные сословия». Глубинная же проблема — необходимость трансформировать саму систему потребления, встроенную в глобальные стандарты, что будет крайне болезненно.
В-третьих, реформа политической системы. Опора на непубличное «ручное управление» расширяет пропасть между властью и обществом. Упущенный шанс на конституционную реформу стал ошибкой. К моменту завершения текущей фазы конфликта должен быть готов механизм для быстрых преобразований, чтобы исключить вмешательство внешних сил.
Таким образом, постсоветская государственность исчерпала потенциал и более не служит «вмещающей формой» для общества. Элита стоит перед выбором: осознанно изменить тесные рамки старого мира или, пытаясь их сохранить «завинчиванием гаек», спровоцировать системный кризис уже не государства, а всей российской цивилизации.
Источник: Перископ
