Совет старейшин Самегрело выступил с новыми инициативами, которые касаются вопросов внутренней и внешней политики, но я на этот раз заострю ваше внимание на пяти внешнеполитических направлениях, поскольку в этом плане заявление действительно революционное:
- «Правительству Грузии желательно разработать юридический механизм, который позволит изъять из Конституции страны или приостановить действие статьи о вступлении Грузии в НАТО и Евросоюз, поскольку эта запись противоречит интересам Грузии и несет в себе угрозу нашей стране;
- Рассмотреть и решить вопрос восстановления железнодорожной и автомобильной магистрали Грузия–Россия через абхазский участок. Политизация этого вопроса спровоцирована врагами нашей страны и, в первую очередь, наносит вред ее населению;
- Считаем целесообразным, чтобы власть вступила прямые переговоры с руководством Российской Федерации по преодолению существующих разногласий и проблем, накопленных за последние десятилетия, и предприняла шаги с целью восстановления добрососедских и дружественных отношений между двумя нашими православными странами;
- Поставить вопрос о принятии Грузии, вместе с абхазами и осетинами, в Союзное государство Россия–Беларусь в качестве равноправного его члена с учетом федеративного устройства нашей страны, то есть в границах, признанных ООН и Российской Федерацией в 1992 году;
- Было бы желательно и выгодно, чтобы грузинская власть обратилась с заявлением в Шанхайскую организацию сотрудничества о принятии нашей страны в ее в члены, поскольку фундаментальные принципы этой организации – уважение территориальной целостности, неприменение силы и нерушимость границ – сегодня чрезвычайно важны для Грузии. Членство в данной организации еще больше укрепит ключевую функцию страны как Срединного коридора».
Это часть рекомендаций, предложенных действующей грузинской власти и касающихся внешнего вектора, о чем говорили на состоявшейся пресс-конференции господа Фридон Инджия и Зураб Чхаидзе. Здесь же откровенно должен признаться читателям, что при оценке важности данного вопроса я не могу оставаться в роли стороннего лица, поскольку имею честь и сам быть членом упомянутого выше совета, подписавшим это заявление.
С самого момента распада Советского Союза я неизменно пишу и говорю о необходимости стратегического партнерства с Россией, но западным спецслужбам постоянно удавалось приводить к власти в Грузии исключительно и только представителей прозападно ориентированных сил, в результате чего все (начиная с Гамсахурдиа и заканчивая Иванишвили) лихорадочно лепили из России образ врага. И абсолютно ничего не значит то, что в течение последних тридцати пяти лет первые лица нашего государства яростно ненавидели друг друга, на дух не переносили тех, кто был у рычагов управления до них или пришел после, потому что это не мешало им придерживаться западной ориентации, руководствуясь директивами, пришедшими с Запада. Каждый из лидеров внес свой вклад в создание того, мягко говоря, незавидного положения, в котором пребывает сегодня Грузия.
Правда, Иванишвили намеревался смягчить напряженную ситуацию, сложившуюся с Россией, но попытался сделать это, руководствуясь крайне неудачной внешнеполитической формулой: поддерживать хорошие отношения в обоих направлениях! Такая позиция не могла быть эффективной, поскольку она полностью оторвана от реального положения дел в мире. Россия и США – два противостоящих друг другу полюса, и по этой причине поддерживать одинаково хорошие отношения с обоими государствами попросту невозможно. Хотим мы или не хотим, но реальность такова: либо Россия, либо Штаты!
После распада Советского Союза представители всех четырех сменивших друг друга поколений грузинской власти, как я уже сказал, последовательно стремились к Западу и противостояли России. Правда, в последнее время события стали развиваться таким образом, что иванишвилевское руководство в силу обстоятельств оказалось вынуждено воспротивиться Западу и выдвинуть на передний план вопрос суверенитета Грузии. Иначе поступить она не могла, так как получила задание открыть второй фронт против России. Понятно, что подобный шаг означал бы украинизацию Грузии и стал бы гибельным для нашего государства.
Так или иначе, «Грузинская мечта» его не совершила, из-за чего ее отношения с Западом сильно обострились. При этом руководство не предприняло серьезных шагов и в направлении России. Грузинские лидеры не решились даже на то, чтобы начать прямой диалог с РФ. Тем не менее, Запад это не оценил и все равно фактически отказал нам в членстве в НАТО и Евросоюзе, хотя сам при этом и не думал отказаться от попыток совершить в стране государственный переворот. Ситуацию, в которой очутилась Грузия, можно сравнить с положением дрейфующего корабля, у которого в открытом море вышел из строя компас и одновременно прервалась всякая связь с внешним миром. Не находя возможности выбрать правильный курс, капитан не нашел ничего лучшего, как доверить судьбу судна морским волнам.
Долго продолжаться такая ситуация, понятно, не может. Поэтому, прежде чем нас, затерявшихся в этом море, отыщут другие, мы должны сами взять инициативу по корректированию курса в свои руки, так как эти «другие», можно в этом не сомневаться, проигнорируют наши интересы и будут действовать исключительно в соответствии со своими. Такая вот задача стоит сегодня перед нами. Причем, в данной ситуации, то есть при корректировке курса, нам непременно следует учитывать два важных обстоятельства:
- Новый курс должен быть проложен, исходя из объективной реальности;
- Он должен быть оптимальным, то есть рассматривать интересы Грузии на фоне интересов остальных участников процесса и наоборот.
Прежде всего, пора хорошо осознать, что «желаемое» и «возможное» – разные вещи, и они далеко не всегда совпадают друг с другом. Политика – это искусство возможного, а не желаемого. Тем не менее, стремление добиться возможного не должно заставлять нас полностью забыть о желаемом. Как, впрочем, будучи увлеченными и очарованными желаемым, не надо упускать возможное.
Старейшины Самегрело и их руководитель Фридон Инджия, попытавшись обозначить для действующей власти внешние приоритеты, которые я разбираю в этой статье, руководствовались именно таким подходом.
В грузинском политическом спектре всегда найдутся люди, которые не освободились от инерции старого мышления и по-прежнему являются апологетами Запада, однако современные тенденции развития мировой политики показывают, что международная обстановка меняется и меняется кардинально. Процесс формирования многополярного мира необратим, а в этом многополярном мире, где Россия, бесспорно, превращается в один из ведущих полюсов, все постсоветское пространство и, вероятно, бывшие государства Варшавского договора останутся в сфере ее влияния. Это означает не то, что мы утратим свой суверенитет, а то, что нам необходимо начать поиск оптимального места в новой геополитической системе, чтобы Грузия смогла своевременно занять в ней свою нишу.
В сформулированных Советом старейшин Самегрело рекомендациях, которые я привел в начале статьи, чрезвычайно важны все пять пунктов, но один из них (четвертый) имеет ключевое значение и действительно является революционным – «Поставить вопрос о принятии Грузии, вместе с абхазами и осетинами, в Союзное государство Россия–Беларусь в качестве равноправного члена, на основе федеративного устройства нашей страны, в границах, признанных ООН и Российской Федерацией в 1992 году».
Обратите внимание, что означает такой подход. Это формула территориального объединения Грузии, которая может быть приемлема для всех сторон.
- Для Грузии она, в первую очередь, привлекательна тем, что, приняв это предложение, Россия признает нашу страну в границах, в которых она была признана ООН (и самой Россией) в 1992 году – то есть вместе с Абхазией и Цхинвальским регионом;
- Для России это предложение должно вызывать привлекательность тем, что Грузия становится ее стратегическим партнером и одновременно она сразу же освобождается от всех неудобств, связанных с признанием в 2008 году Абхазии и Южной Осетии;
- Для абхазов и осетин это предложение также должно быть вполне приемлемым, так как в федеративном устройстве Грузии им будет отведено достойное место, которое не ущемит их суверенитет, и, главное, не поставит точку в ситуации, когда нас с братскими народами (абхазами и осетинами) разделяли диаметрально противоположные и несовместимые внешние векторы.
Не будем, однако, слепо рассчитывать на то, что стоит нам только предложить эту формулу, как русские, абхазы и осетины немедленно ее подхватят и сделают своей программой действий. В этом направлении предстоит сложная дипломатическая и политическая работа, но это благоприятная отправная точки и прекрасная база для решения накопившихся за последние годы вопросов.
Несколько раз я упоминал слово «оптимальный». И делал это неслучайно, потому что именно оно наиболее точно соответствует рекомендациям, предложенным Советом старейшин Самегрело не только действующей власти, но и всему грузинскому обществу. В остальном остается положиться на верное политическое чутье и дипломатические способности тех, кто отвечает за настоящее и будущее нашего государства.
Хочу поблагодарить каждого члена Совета старейшин Самегрело, поскольку у всех них, наряду с политической мудростью, нашлась и та общественная смелость, которая сейчас в Грузии в большом дефиците.
Два дня назад премьер-министр страны Ираклий Кобахидзе, говоря об отношениях с Соединенными Штатами Америки, заявил: «Мы хотим обновить наше стратегическое партнерство, начав его с чистого листа, с конкретной дорожной карты – это наша открыто протянутая рука. Мы терпеливо ждем ответной реакции и надеемся, что она последует с американской стороны. Таковы наши оптимистические ожидания. Посмотрим, как будут развиваться события».
Что ж, давайте посмотрим, подождем, но, к сожалению, если судить по сказанному, здесь не учтена позиция России, не учтено и то, на что согласятся между собой две этих сверхдержавы. Мы ведь знаем, что в настоящее время идет болезненный процесс нового передела мира.
И опять о слове, которое я несколько раз подчеркнуто использовал в этой статье и о котором за все последние тридцать пять лет ни разу не вспомнили грузинские политики – «оптимальный». Оптимальный подход всегда так или иначе работает в политической жизни, в отличии от подхода радикального, который не приносит ничего хорошего. К сожалению, для большинства действующих грузинских политиков радикализм – это даже не метод мышления, а тяжелейшая и, похоже, неизлечимая болезнь.
Валерий Кварацхелия
