Власть, как видно, всерьез решила заняться контролем за ценами на продукты. Создана специальная комиссия, которую возглавит сам глава правительства и в которую входят министры экономической команды. Трудно представить, чтобы такой солидный состав членов комиссии подошел к проблеме поверхностно. С другой стороны, не сидят без дела и импортеры, которые стали утверждать, что закупаемые ими продукты подорожали. Если говорить более конкретно, то акцент делается, прежде всего, на крупах, то есть на том виде продукции, который хорошо распродаются и приносят большую прибыль.
Например, импортеры уверяют, что макароны стали обходиться им на 39% дороже, чем прежде, и поэтому мы, дескать, тоже вынуждены поднять цену. То есть, вместо снижения, они ссылаются на объективные причины и цены повышают. При этом во всем происходящем присутствует один крайне любопытный момент: основным поставщиком макарон в нашу страну является Россия, которая расценок… не меняла! Что же получается? Местные бизнесмены решили всех «перехитрить», хотят уже сейчас заранее начать повышение цен, чтобы, когда комиссия вынесет заключение и погрозит им пальцем, убрать предварительную наценку и нахально заявить, что указание выполнено и все подешевело. На самом же деле маржа останется все такой же драконовской. Приходится надеяться лишь на то, что отвечающие за данный сектор представители власти прекрасно все это понимают и не позволят импортерам цинично и нагло провести себя и всех нас.
Еще одна, не менее интересная деталь. Если помните, перед Новым годом производители яиц заявили, что в силу определенных обстоятельств после 1 января им придется поднять цену на яйца. И действительно, яйца в торговой сети подорожали, но вот что сообщил нам глава ассоциации птицеводов Зураб Учумбегашвили: «Да, мы говорили, что после Нового года цена на яйца возрастет на 2 тетри, тем не менее, пока мы ее не поднимали, и почему продукт подорожал в маркетах, мне непонятно». Видите, что получается?! Анонсированного подорожания не было, что, однако, не помешало дистрибуторским компаниям и сетевым маркетам поднять цену. Судя по всему, наш премьер, говоря о росте цен, вполне оправданно сделал акцент именно на дистрибуторских компаниях.
Возвращаясь к макаронам следует отметить, что не меньшая проблема заключается и в том, что мы почти полностью импортируем этот продукт из-за рубежа – местного производства макаронных изделий в Грузии не существует. Кое-кто может возразить, что встречал макароны в грузинской упаковке, но нам объяснили – продукт, находящийся в упаковке с грузинской надписью, на самом деле завезен из-за пределов Грузии, и попросту расфасован на месте. Кстати, если внимательно прочитать надпись, сделанную крошечным и неразборчивым шрифтом, то почти на каждой упаковке макарон указано: «Произведено в России, упаковано в Грузии». Это что же, узел сложнейшего космического корабля, который из-за огромных технических сложностей невозможно изготовить здесь, у нас?! В конце концов, для производства макарон требуются всего лишь вода, яйца, мука и соль, а дальше – формы, сушилка и…
И мы приходим к тому, что проблема у нас упирается в отсутствие… дешевой рабочей силы. Местное производство уступает импорту, потому что оно обходится дороже. Парадокс, но это так. Именно по этой причине Европу в последнее время заполонили индусы: их туда пустили именно в качестве дешевой рабочей силы. Грузины тоже предпочитают работать в Европе, и что с того, что у них там нищенская по европейским меркам зарплата? Все равно тамошний заработок кажется им предпочтительней. Хорошо бы, чтоб пресловутый трудовой кодекс, который, якобы, был принят в доработанном виде, наконец-то, доработали по-настоящему. И каким бы болезненным ни был этот процесс, его все равно надо рано или поздно пережить, чтобы вместе с достойной работой гарантировать людям и адекватную зарплату.
В принципе, рост покупательной способности национальной валюты напрямую привязан к снижению цен на продукты питания, и если продукты подешевеют, возможно, даже существующая зарплата для многих станет приемлемой и достаточной. Однако будем до конца честными: зарплата часто не так уж и плоха, но мы, грузины, слишком обленились в последние годы. Особенно это касается мужчин. Многим подсластили жизнь деньги, присылаемые из-за границы женами или матерями, и эти иждивенцы теперь не без оснований считают, а зачем мне работать, ради чего себя утруждать? Денег на еду у меня достаточно, на одежду тоже – так почему бы с утра до ночи не резаться во дворе в домино или «джокер», чтобы завоевать себе славу искусного игрока?!
Впрочем, мы несколько отклонились от темы, поскольку говорили о проблемах грузинского рынка. Здесь много не до конца понятного. Как это ни удивительно, местная зелень на наших прилавках продается хуже импортной, несмотря на то, что она дешевле. Как объясняют продавцы, у импортной более привлекательный товарный «вид» и, главное, гораздо более резкий запах. Мы решили поглубже разобраться в данном вопросе и в качестве примера взяли кинзу. Оказывается, основным экспортером кинзы в Грузию является Израиль, и выращенный там продукт на прилавке действительно выглядит прекрасно и заманчиво, но…
«Не могу сказать, что они конкретно используют, но зелень, выращенную в Израиле, многие страны Евросоюза запретили у себя продавать из-за химикатов, которые применяются при ее выращивании. Запах и вкус у израильской зелени настолько резкие, что она буквально обжигает нос, и нетрудно догадаться, что в ней присутствует чересчур большая доза химикатов, хотя на вид она такая, что лучшего и не пожелаешь. А мы, вы же знаете, любим есть и пить глазами. Местная зелень вроде бы неказистая, но она значительно здоровее», — говорит нам человек, который много лет занимается этим бизнесом и… вынужден продавать то, на что выше спрос. Так вот, было бы неплохо, если б правительственная комиссия, помимо цен, контролировала также качество продуктов и попыталась запретить то, что находится под запретом примерно в 35 странах. В этом случае мы получим не только дешевый, но и здоровый продукт, что, надо полагать, поможет снизить тревожно растущую в настоящее время статистику онкологических заболеваний.
К онкологии мы перешли не случайно. Уже никто не скрывает, что подешевевшие в свое время медикаменты снова подорожали и на них опять делают огромную наценку. Речь идет о разнице в 300 и 400 процентов, и это при том, что острую критику действующего премьера вызвала 86%-ная наценка на некоторые продукты питания. Между тем, если в еде можно как-то себя ограничить, не покупать дорогостоящие мясо и рыбу и неделями есть картошку, то когда речь идет о лекарствах, выбирать приходится исходя не из цены, а из того, что прописал врач, и другого выхода просто нет. И потому логично, что у нас возникает сомнение или опасение, чтобы после регулирования цен на продукты (а мы верим, что они будут отрегулированы) не сотворили то же самое, что и с медикаментами, когда все снова вернулось на прежний уровень.
Нам кажется, наглость (другое слово тут подобрать трудно), которую проявляют участники аптечного бизнеса, обусловлена синдромом безнаказанности. То есть отсутствием наказания за то, что они годами, в прямом смысле этого слова, сдирали шкуру с населения и богатели за счет здоровья людей. Никто в Грузии ни разу за это не ответил, и потому «предприниматели» в сфере аптечного бизнеса крайне осмелели. Соответственно, если конкретные виновные не будут наказаны, то же самое будут делать и их коллеги, занимающиеся продуктами питания. Никто не настаивает, что всех, проявляющих подобные склонности, надо непременно сажать в тюрьму, однако к ним должны применяться финансовые санкции, и причем, достаточно строгие, чтобы они их почувствовали.
Что еще добавить?! Один из грузинских фермеров решил взять в качестве примера опыт нидерландцев. Он вырастил на 50 гектарах картофель, а затем вторым урожаем собрал свеклу. Продать картофель у него получилось, хоть и не по той цене, на которую рассчитывал, а вот свекла до сих пор лежит, и он не знает, что делать со 150 тоннами этого продукта, кому и по какой цене его отдать. Местная свекла никому не нужна, все предпочитают импортную, несмотря на то, что по вкусовым качествам, цене и качеству местная лучше. Просто, когда у тебя ее 150 тонн, продавать по 20–30 килограмм нет смысла, а в больших объемах никто не берет. Кстати, аналогичное часто происходит и с капустой: она есть в большом количестве, и производители упрашивают закупить ее по 10–20 тетри, тогда как на рынке капуста стоит минимум 1 лари.
Следовательно, действительно нужно определиться с приоритетами и что-то, возможно, не выращивать. Однако в процессе поиска этих приоритетов мы дошли до того, что импортируем всю сельскохозяйственную продукцию, и завезенная у нас уже обгоняет местную. Исключение составляют пока только яблоки, персики и виноград, но если так пойдет и дальше, недалек день, когда в стране традиционного виноделия привозного винограда станет больше, чем своего. Да что тут говорить! Столовый виноград мы уже завозим в бо́льших объемах, чем производим сами, а ведь так, шаг за шагом, можно дойти до уничтожения производства всех местных продуктов.
Бесо Барбакадзе
