Грузия впервые подняла голос против США и Европы. Так грузинские политологи описывают повторное внесение в парламент Республики законопроекта об иноагентах. «Сейчас наступает момент истины. Не меньшее событие по значимости, чем смена власти в 2012 году», — сказал грузинский политолог. Они предлагают, что неправительственные организации и СМИ, если более 20% их финансирования поступает из-за рубежа, должны зарегистрироваться в специальном реестре и каждый год отчитываться по источникам финансирования и целям своих проектов. Ничего сложного. Прошлое внесение этого законопроекта вызвало бунт в Грузии: оппозиция штурмом брала парламент — в итоге отменили. Сейчас вновь вернулись к этому вопросу. В США уже были окрики, хотя списан он с американского закона об иноагентах. В Европе заявили, что «Грузия может закрыть себе «светлую» дорогу в Евросоюз». Грузинские власти, которые действуют в своих интересах, настойчиво продвигают эту идею, несмотря на то, что в США и Европе обеспокоены. Грузинская оппозиция зарегистрировала альтернативный законопроект об иностранных агентах, направленный на «снижение российского влияния» в стране.
Сергей Михеев: Я считаю, что если и поднимать голос, то именно сейчас самый хороший момент. Потому что предвыборная ситуация в Америке очень нестабильная. Кто там будет дальше — непонятно. Очень может быть, что нынешняя администрация уйдет. Им сейчас не до того, чтобы кем-то заниматься вплотную. В чем проблема? В том, что во многих постсоветских странах, особенно которые декларируют свою приверженность западным ценностям, сложилась параллельная власть. Она, с одной стороны, выражается в лобби, «коридорах» власти — выпускников стажировок и прочее. С другой стороны, она опирается на целый сектор экономики из разных неправительственных организаций, много лет существующих на американские и европейские гранты. Особенно в маленьких странах, таких как Грузия, это превратилось в сферу экономики. Десятки тысяч людей годами, десятилетиями с 1990-х годов живут на деньги, которые они получают из Европы и Америки в обмен на политическую и общественную деятельность, отвечающую интересам заказчиков. Эти люди там очень хорошо укоренились, уселись и просто так отдавать свои позиции не собираются. Фактически они являются и медийным, и общественно-политическим, и экспертным лобби, которое проталкивает западную повестку в этих странах.
В какой-то момент они становятся серьезной проблемой. Вспоминаю «революцию Тюльпанов» 2005 года в Киргизии. Мне там пришлось быть, лично знаю бывших президентов Киргизии. Там это лобби из неправительственных, проамериканских, проевропейских организаций, и они сыграли очень серьезную роль — был совершен государственный переворот. Экс-президент Акаев завел дружбу с Западом, в итоге там было сотни этих организаций. Все их неплохо задействовали и в расшатывании тогдашнего политического режима, и в установлении другого. Дальше там события развивались по своей канве, но тем не менее.
Такая же ситуация происходила и на Украине все эти годы. Вроде бы Акаев был дружелюбно настроен в отношении Америки и Европы, но не устраивал. Нужен был еще более марионеточный. В конечном итоге у них это не очень получилось, но ситуацию расшатали, и уличный захват власти обеспечили.
В Грузии ситуация с НПО очень тяжелая, потому что это структура параллельной власти. Попытка от них избавиться, хотя бы вывести их чуть-чуть на свет… Речь не идет, чтобы их перестрелять, пересажать, выгнать из страны.
Просто обозначить.
Сергей Михеев: Даже это вызывает у них жуткий протест! Хотя это перевод с американского закона слово в слово. В Америке этот закон соответствует нормам международного права (по мнению Блинкена и других), а в России, в Грузии не соответствует. Почему? В Америке пророссийским НПО не дадут работать, а вы обязаны это обеспечивать! «Хозяева мира – мы. Что можно нам, нельзя вам». Даже стремление вывести этих людей на поверхность вызывает у них раздражение и обеспечивают инспирированные протесты. Казалось бы: официальный курс грузинского государства – это курс на интеграцию в Евросоюз, на сближение с западным миром, и если ты этому способствуешь, то чего боишься? Они понимают, что им платят за то, что они являются проводниками интересов другого государства, и не хотят, чтобы кто-нибудь про это знал. Такая коллизия сложилась. До этого их там очень жёстко одёргивали и «одёрнули» из американского посольства, которое устроило волнение студентов по этому поводу. Посмотрим, сейчас получится или не получится. Вы упомянули об альтернативном проекте оппозиции, но я могу ответственно заявить — в Грузии не осталось ни одной организации, связанной с Россией.
В альтернативном оппозиционном законопроекте об иноагентах предлагается ввести уголовную ответственность для лиц и организаций, которые пытаются изменить цели внешней политики Грузии в интересах России. Удивительно, что эта «прикормка» неправительственных якобы оппозиционных организаций — не какие-то астрономические суммы, а десятки миллионов долларов. Это не миллиарды, не покупают правительство или страну, а дают понемножку, чтобы эта «пена» периодически поднималась и мутила весь котел.
Сергей Михеев: Прикармливают конкретных людей. Для многих в течение десятилетий это стало источником дохода, иногда единственным и основным. У нас тоже долго процветала академическая тусовка, которая десятилетиями жила на «конференц-туризме» и грантах, которые они получали в гуманитарной сфере, чтобы вести образовательные программы. В результате мы чуть не потеряли высшую школу, высшие учебные заведения, да и сейчас проблем немало, потому что все там затрепыхались (раз в полгода куда-нибудь съездить, написать статейку, получить за это грант, плюс зарплата из ВУЗа). Американцы очень хорошо работают на уровне личных интересов: они понимают, что купить конкретных людей всегда легче и дешевле. Они будут за это биться, потому что для них это личный меркантильный интерес.
Проблема маленьких постсоветских стран в том, что они много любят говорить про независимость, но сами не доросли до такой независимости, в которой есть понимание своих суверенных интересов. Поэтому они болтаются между тем, что должны быть или за Россию, или за Америку. Сама по себе постановка вопроса свидетельствует о незрелости, реальные национальные интересы не сформулированы. Постоянная дихотомия: «если вы вдруг что-то сделаете, а это выгодно России — так нельзя! А если вы вдруг что-то сделаете, и это выгодно Америке — так можно». Они все независимость получили, а независимыми в голове не стали. Речь не идет об интересах Грузии, а о том, куда интересы Грузии прилепить: или к интересам России, или к интересам Америки. В этой «вилке» собственных интересов никогда не найдут, а чтобы сформулировать собственные интересы, надо стать по-настоящему государством, иметь убеждения, идеи, ценности. А получается постоянный поиск, от кого получать деньги.
Вы упомянули Кыргызстан: там были волнения в середине 2000-х годов. Недавно тоже были волнения, связанные с обслуживанием российской карты «МИР», национальной платежной системы. Премьер-министр Кыргызстана Жапаров объяснил, что приостановка обслуживания — это временно, есть ряд механизмов и мероприятий по этому вопросу. Понятно, что Кыргызстан боится попасть под санкции, поэтому сейчас приостановил. Решаются вопросы, как этот момент урегулировать, как вернуть обслуживание карт «МИР» в республике. Он сказал, что программное обеспечение центра, который всё рассчитывает, находится в Латвии. Возможно, этот расчетный центр перенесут в Кыргызстан. Кроме того, Жапаров полетит в США, объяснит западным партнерам, что Кыргызстан и Россия в едином экономическом пространстве. $ 2,5 млрд ежегодно мигранты из России переводят в Кыргызстан. Прекратить торгово-экономические отношения с Россией невозможно, банки стран продолжают работать друг с другом. Жапаров добавил, что «это не наша война и национальные интересы будут защищаться. Мы постараемся обезопасить свою экономику».
Сергей Михеев: Посмотрим, насколько это временно и как это получится. Все меры и движения можно было предусмотреть заранее. У меня оптимизма по поводу постсоветского пространства нет, слишком много я про них знаю. Я считаю, что наша политика в отношении постсоветского пространства неправильная: «Россия всем что-то должна», а она на самом деле никому ничего не должна! Когда говорят: «Они наши союзники», отвечаю, а в чем конкретно они союзники? Кто из них признал, что Крым российский? Никто. Кто-то из них помог нашей операции в Сирии? Нет. Кто-то солидаризируется с нами в ситуации с Украиной? Нет. Кто-то голосует с нами в ООН так, как нам хочется? Нет. Кто-то вникает в наши проблемы по экономике? Нет.
У Жапарова более близкая нам позиция, чем у многих других предыдущих киргизских президентов. Я надеюсь, что его обещания всё уладить будут выполнены. Нам необходим пересмотр нашего позиционирования в отношении постсоветских республик. Эти отношения должны быть взаимовыгодными, стать отношениями союзничества, и тогда у нас будет общее политическое позиционирование. Или они должны стать, наоборот, более прагматичными, и из них эмоциональный фон должен быть изъят. К сожалению, эти 30 лет установились в парадигме: когда им что-то надо от нас, они вспоминают, что «мы братья»; а когда нам что-то нужно от них, они говорят, что «мы независимые государства; вы же понимаете – еще есть Америка, Европа, которые могут на нас давить». Некоторые де-факто присоединились к этим санкциям, хотя Жапаров говорит, что $ 2,5 млрд они отсюда получают. Для Киргизии, у которой 5 миллионов населения, — это очень большие деньги! Если деньги не будут приходить, тогда что будет с вами? А если для вас это важно, то вам важно и политически идти навстречу, и это касается всех этих стран.
Ситуация с картами «МИР» наглядная: она и к вопросу о миграционной политике, и о том, что миграционная политика должна быть политическим инструментом, и к вопросу о том, что союзники или настоящие, или их нет. Тот, кто союзник только тогда, когда ему выгодно, не союзник. Я бы провел аудит всей нашей политики и всех наших подходов на постсоветском пространстве. Если говорить о будущем, то нам всем надо выходить из зависимости от Америки. Президент Киргизии говорит: «Я полечу в Америку и им объясню». Кто они такие, чтобы лететь и что-то им объяснять? Главная проблема состоит в том, что мы очень зависим от их финансовой системы. Это значит, что все центры принятия решений, экономические связи и финансы надо делать более независимыми.