США как национальное государство выйдут из гражданской войны обновленными и окрепшими. Но Pax Americana как глобальной структуре приходит конец. Этому можно порадоваться, но на самом деле это огромный вызов для других государств, потому что мы все еще живем в этом американском мире.
Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал политолог, американист Дмитрий Дробницкий.
Теперь уже официальный кандидат от Республиканской партии США, который на днях пережил покушение на свою жизнь, Дональд Трамп назвал Джеймса Дэвида Вэнса кандидатом в вице-президенты США.
— Дмитрий Олегович, фото Трампа после покушения в окружении охраны с воздетым кулаком мне напомнило фотографию американских морпехов, которые поднимают флаг США над Иводзимой в 1945 году. Учитывая резонанс от события в Пенсильвании, гарантировал ли себе Трамп победу на президентских выборах?
— Может быть всякое, времени до выборов еще много. Сейчас он, конечно, получил невероятный импульс. И пока демократы не придумали технологию, и неизвестно, придумают ли, как деконструировать образ героя-кандидата. Хотя они это постараются сделать.
Тем более что коллективному Байдену будет сложно отделаться от того, что они этого стрелка направляли. Не напрямую, а косвенно. Ведь действительно им пришлось на время прекратить рекламные ролики в своей предвыборной кампании, потому что все они были основаны ровно на одном: Дональд Трамп будущий авторитарный фашистский лидер, которого надо остановить любой ценой.
Теперь республиканцы получили Джеймса Дэвида Вэнса в качестве кандидата в вице-президенты. Теперь убивайте Трампа сколько хотите, за ним стоит Вэнс, который еще хуже. Теперь у демократов явные аргументы в свои руки получили люди, которые говорят, что надо что-то менять, причем радикально, на демократической стороне.
Но ко всему прочему надо добавить ключевую вещь: что значит, что Трамп обеспечил себе победу? Даже если он выиграет выборы, это не значит, что он победил в Америке. Проблема в том, что в США выборы с 2016 года не решают вопрос о власти. То есть демократическим путем выяснить, по какому пути пойдет Америка, не получается, а значит, Гражданская война. Понятно, что не в той форме, как в середине 19 века. Выстрел это сумасшедшего парня, скорее, это был стрелок-одиночка, это первый выстрел гражданской войны.
— Каким образом Джей Ди Вэнс прошел путь от «Адольфа Гитлера«, как он называл Дональда Трампа в 2016 году, до кандидата на пост второго человека в политической системе США? Как произошла такая трансформация?
— Путь у него был гораздо более серьезный и более трампистский, если называть трампизмом не верность лично Трампу, а верность новым консервативным идеям. Весь его путь вел сюда. А то, что он называл Трампа всякими нехорошими словами, это был эпизод, когда он только попал в политику, как перспективный молодой политик, он попал под влияние мейнстримных республиканцев, которые тогда были антитрампистами. Некоторое время он под их влиянием находился, потом быстро освободился.
Он из неблагополучной семьи, отслужил в армии, в боях не участвовал, занимался связями с общественностью, поступил в университет Огайо на армейский кредит, потом закончил Йельскую школу права, занимался бизнесом, а потом написал книгу, которая сделала из него того, кем он есть на сегодняшний день.
Книга «Эллегия деревенщины» (Hillbilly Elegy) стала национальным бестселером. С того момента, как эта книжка вышла, он стал политиком. И политиком трампистского толка. И понятно, что его временное помешательство, когда он только пришел в политику, было только эпизодом. А сама жизнь вела его сюда, потому что он от корней американский человек, соль земли американской, американский ватник.
Он всего в жизни глотнул, видел свой штат Огайо, который был разорен глобалистской политикой. И он очень хорошо понимает, о чем начал говорить Трамп в 2015 году. Поэтому выбор Вэнса в качестве вице-президента это подготовка не к выборам, а к войне.
Если бы речь шла о регулярных выборах, то Трамп, наверно, должен был бы подобрать такого человека, который оттенял бы его, который собирал тех избирателей, которые с Трапом немного не согласны. А тут вот вам, ребята, человек, еще более жесткий, чем я, если вы меня слышите, либералы, это война, сдавайтесь. Это очень жесткий ход, это игра на обострение.
— Что означает приход Вэнса в большую политику для Украины, учитывая его заявления о том, что надо прекратить военную помощь киевскому режиму?
— Для Украины вообще мало хороших новостей. Киевский режим сейчас попытается подергаться. Стало понятно, что даже если Байдена каким-то образом пропихнут в Белый дом, все равно все будет плохо. А если демократы заменят кандидата и выиграют у Трампа, все равно будут изменения.
Америка движется в сторону гражданского конфликта. В этом смысле вся Европа оказывается в крайне плохой ситуации по сравнению с тем, что было в 90-е и 2010-е годы. Это будет означать потерю источника доходов и безопасности. Кроме того, обе партии согласны с тем, что Индо-Тихоокеанский регион становится ключевым для Америки с экономической точки зрения.
Дело даже не в войне с Китаем. Европа более не экономический субъект. Максимум, что можно с Европы взять с точки зрения Вашингтона, это забрать больше компаний вместе с технологиями. Что они будут с ними делать, другой вопрос, потому что в администрации Байдена не очень получалось строительство фабрик по производству снарядов и чипов, потому что компетенции не хватает. Но в целом понятно, что Европа не субъект и тем более не субъект Украина.
Сейчас начнутся телодвижения в Лондоне и в Киеве, потому что развитие ситуации очень плохое. А если эта парочка победит на выборах… Но еще раз победить на выборах, не значит победить в Америке. Вопрос о власти будет решаться другим путем, частично силовым.
В любом случае, если для киевского режима раньше были плохие новости, то теперь совсем плохие.
— Кажется, Джей Ди Вэнс чем-то напоминает Дмитрия Анатольевича Медведева.
— У них немного разный бэкграунд. Это разные политические культуры и разная политическая эволюция у людей. Но Вэнс еще и в не меньшей степени и юрист. И он в отличие от большинства коллег по Капитолийскому холму пытается разбираться в вопросах, о которых рассуждает.
С ним невозможно спорить по вопросу Украины на телевидении, потому что никто не знает фактов. Все знают только передовицы «Нью-Йорк Таймс», а он вчитывается в брифинги, пытается разобраться, сомневаться, задавать правильные вопросы. Если консерваторы победят в гражданской войне, то он будущий лидер консервативной Америки. Если выживет.
Так что там все очень серьезно. Они стоят не перед внешними вызовами, а основные вызовы у них внутренние.
— Сюжет фильма «Падение империи», где либеральная Калифорния объединилась с традиционным Техасом, сейчас кажется фантастическим. Но, может быть, гражданское противостояние в США приобретет именно такие формы?
— Я считаю «Падение империи» плохим фильмом, потому что основная его тема не раскрыта. Там непонятно, как, что и почему. Знаете, в начале первого сезона сериала «Звездный путь: странные новые миры» (спин-офф основного сериала) и то лучше описана тема второй гражданской войны в США, хотя ей уделялось всего три минуты. «Падение империи» — вообще не об этом.
Фильм на самом деле о журналистах и о том, что в Америку приходит тот же хаос, что и во всем мире, и что это неизбежно. А кто там за что борется – непонятно. В некотором смысле там все началось из-за красного галстука президента, которого там выволакивают и убивают. Вроде как убили Трампа. Но это притянуто за уши. Фильм – не о гражданской войне. Смущенный режиссер потом сам объяснял, что этот фильм о прессе.
Именно масштабных боевых действий ждать не приходится. Но мы понимаем, что вертикаль государственного управления в США сейчас находится в таком состоянии, что ее можно рассыпать одним маленьким толчком. Если половина Америки не признает результаты выборов, когда на уровне штатов и округов люди вспомнят о каких-то старых конституционных нормах и перестанут выполнять все решения Вашингтона, это будет очень серьезно.
Это очень похоже на ситуацию 1861 года, но не стоит ожидать полноценных сражений с фронтовыми армиями в США. Но гибридное противостояние уже начинается. В Америке уже накопились такие противоречия, что там по сути живут два народа. Из такой ситуации нельзя выйти с помощью выборов или гражданского примирения. Эти вопросы решаются только гражданской войной со всеми вытекающими последствиями.
Скорее всего, США как национальное государство после этой гражданской войны выйдет обновленной и окрепшей. Но Pax Americana как глобальной структуре приходит конец. Этому можно порадоваться, но на самом деле это огромный вызов для других государств, потому что мы все еще живем в этом американском мире.
Мировому большинству нужно что-то делать, чтобы отстегнуться от западного мира, потому что этот западный мир ждут трагические времена. Нам надо отходить от их технологий, логистических цепочек, финансовой системы и структуры безопасности.
А Америка пусть воюет. У них другой дороги нет.
— Кого в США еще могут подстрелить во время президентской кампании?
— Кого угодно могут шлепнуть. Я не хочу ни на кого накликать беду, но могут убить третьеразрядную фигуру, и это станет искрой, которая приведет к серьезному возгоранию.
Пока для всех все идет очень неплохо. Во-первых, после выстрелов в Трампа гражданская война не началась сразу, а сами республиканцы получили хороший буст к избирательной кампании. Эта фотография Associated Press стала символом этих выборов и будущей гражданской войны. Все у них «хорошо».
А все их призывы «снизить температуру» — это разговоры в пользу бедных. Потому что нельзя призвать пчел не есть мед.