Массовое распространение технологии секвенирования генов в сочетании с развитием «Нагойского протокола» приведёт к возникновению у Big Pharma монополии на наиболее полную базу генетических данных на Земле.
МОСКВА, 18 августа 2024, Институт РУССТРАТ. Участники встречи в Монреале будут обсуждать, как по справедливости делить миллиарды долларов и прочие бонусы, полученные от использования генетических последовательностей для производства новых лекарств, косметики и сельскохозяйственной продукции.
За рынок секвенирования ДНК сейчас идёт ожесточённая битва, которая обычно не попадает на страницы СМИ. Между тем, это исключительно важное направление — и потенциально очень прибыльное. Дело в том, что секвенирование ДНК резко расширяет возможности исследований в области биологии и медицины. Например, оно позволяет отслеживать рецидивы онкологических заболеваний, предсказывать развитие эпидемий и эффективнее работать с вакцинами. Кроме того, секвенирование генов позволяет лучше выявлять заболевание на ранних стадиях и адаптировать методы лечения. Сегодня все игроки рынка — особенно американская компания Illumina, на долю которой приходятся около 80% мирового рынка секвенирования генов, — работают над снижением стоимости. В 2022 году цена секвенирования человеческого генома составляла около $600, теперь идёт работа по снижению её до $240. Зафиксируем первое: такая практика, как секвенирование генома человека, продвигается как удобная, дешёвая и настоятельно рекомендуемая процедура.
Попутным следствием которой станет формирование базы генетических данных, которые будут доступны крупным корпорациям — т. н. «Большой Фарме» (Big Pharma). Это очень интересно — особенно на фоне действующего с 2014 года документа под названием «Нагойский протокол о доступе к генетическим ресурсам и справедливом распределении выгод от их использования», выступающего дополнением к «Конвенции о биологическом разнообразии» ООН.
Как ни странно, в отличие от многих других спорных инициатив ВОЗ, Россия «Нагойский протокол» не подписала. Хотя и присоединилась к «Конвенции» в 1990-е. «Нагойский протокол» даёт транснациональным корпорациям доступ к биологическим и генетическим ресурсам бедных стран и предусматривает, какую долю прибыли эти ТНК будут выплачивать государствам-донорам генетического материала. Обработка генетического материала идет активно, в области фармацевтических препаратов всего десять стран владеют 90% патентов, а 75% компонентов лекарств сначала успешно применялись в традиционной медицине. Массовое распространение технологии секвенирования генов в сочетании с развитием «Нагойского протокола» приведёт к возникновению у Big Pharma монополии на наиболее полную базу генетических данных на Земле. Что даст ей серьёзнейшее преимущество в медицине, во всех смыслах этого слова. В том числе в создании новых образцов биологического оружия.