Главная Рубрики Общество «Знаешь, мама, где я был?»

«Знаешь, мама, где я был?»

Тариэль Гагнидзе и Леван Габриадзе во время церемонии награждения

Таково название в русской версии фильма Левана Габриадзе, показанного на состоявшемся в эти дни (1-4 октября) в Минске 4-м фестивале документального кино. Картина была удостоена впервые учрежденным специально для этого конкурса приза – «Глубокий по содержанию и оригинальный по форме».

Грузинское название фильма заимствовано из народного фольклора. По русски стихи звучат так:

«Знаешь, мама, где я был?

В поле зайчика ловил,

Оседлал и прокатился,

Поиграл и отпустил.»

А всего на фестивале было представлено 150 фильмов. Из них к участию в финальном конкурсе были отобраны только 23 – лучшие из лучших.

Упомянутый приз от лица Высшей школы телевещания известного во всем мире Московского государственного университета имени М. Ломоносова учредил ее декан, профессор Виталий Третьяков. И он же представил жюри кандидатуру первого лауреата. Члены жюри единогласно (и с радостью) согласились с выбором, отдав награду режиссеру фильма Левану Габриадзе.

Виталий Третьяков
Виталий Третьяков

Редакция газеты «Грузия и мир» связалась с председателем жюри фестиваля Виталием Третьяковым и попросила его сделать комментарий.

— В этом году председательствовать на фестивале попросили меня. Я согласился. При этом решил внести какое-нибудь новшество и учредил приз, предназначенный в качестве награды для работы, выделяющейся высоким профессионализмом. Фильм должен был отвечать двум требованиям – обладать глубоким содержанием и отличаться оригинальной формой, — рассказал господин Третьяков. – Я подумал, что этому призу подойдет название, вытекающее как раз из двух этих требований: «Глубокий по содержанию и оригинальный по форме», чего крайне трудно добиться в документальном кино. В фильмах такого жанра речь всегда идет о каких-нибудь проблемах, и справиться с первым требованием, вроде бы, не так уж сложно, чего не скажешь о форме – с оригинальностью формы приходится сталкиваться не так уж часто. Я даже предполагал, что оригинальную с точки зрения формы работу найти на фестивале будет весьма затруднительно, если б не фильм Левана Габриадзе. Он угодил точно в цель – попал, как говорится, в самую «десятку».

Естественно, мы посовещались с членами жюри, я попросил их откровенно высказаться: что они думают, согласны ли со мной или у них на примете есть другой фильм и т.д. Так вот, оказалось, что в данном вопросе все на удивление единодушны. Коллеги единогласно меня поддержали.

Было отмечено, что участие в картине Резо Габриадзе в качестве главного героя бесспорно придает ей статус документального фильма и режиссеру с таким мастерством и столь органично удалось передать историю жизни одного мальчика (может, и целого рода), ставшую отражением истории целой страны, что никого другого невозможно поставить рядом.

Вообще-то использование мультипликации в документальном кино считается полнейшим абсурдом. На худой конец такой прием можно счесть за тактику, но уж никак не более того, а тут, в этой картине, и независимый видеоряд, и исторический ряд, и событийный ряд обеспечиваются именно средствами мультипликации. Тем не менее, ни у кого не возникло ни малейших сомнений, что фильм достоин нашей награды и, в целом, очень интересен – действительно оригинальное произведение.

— Следовательно, жюри он понравился. Любопытно узнать, а какова была реакция присутствовавших на фестивале гостей, когда вы объявили об успехе фильма Левана Габриадзе?

— Минский фестиваль документального кино молод – проходил всего четыре раза. Он компактен, еще не успел набрать необходимую для подобного рода фестивалей силу и не прославился своими масштабами. Для всего этого, как вы понимаете, требуется время.

В мире сегодня снимаются тысячи документальных фильмов. В это дело включилась масса авторов, у которых до этого отсутствовали необходимые условия или которым просто недоставало смелости начать снимать. Всему этому сопутствует, к сожалению, огромный поток графомании, который буквально смыл профессиональные работы и привел к переносу внимания широкой общественности на всякого рода суррогаты. Не думаю, что представленная на Минском фестивале публика посмотрела все конкурсные фильмы, а потому реакция ее не могла являться безошибочным критерием для оценки. Не скажу, будто после объявления результата все вскочили на ноги и встретили решение жюри бурными аплодисментами, однако то, что реакция была абсолютно положительной, это вне всяких сомнений.

Думаю, даже тот, кто видел всего лишь пятиминутный отрывок из данной работы, полностью усвоил концепцию фильма. Прямо вам скажу: меньше всего я переживал по поводу награждения, так как в победе его ни минуты не сомневался, чего нельзя сказать о других работах.

Если спросить меня, то принимай этот фильм участие в конкурсе мультипликационных фильмов, он бы и в нем одержал победу».

Одним словом, я воспринял это так, что фильм Левана Габриадзе представляет собой новое слово в документальном кино, и режиссера необходимо всячески поддержать.

Валерий Шеховцов
Валерий Шеховцов

А теперь узнаем, что думает директор фестиваля Валерий Шеховцов:

— Председатель нашего жюри Виталий Третьяков заявил в начале фестиваля, что учрежденный им приз будет передан фильму, отличающемуся глубиной содержания и оригинальностью формы. Так и получилось. Все мы были единодушны в своем решении, когда присудили этот оригинальный приз Левану Габриадзе. Но сначала хотел бы остановить внимание читателей вашей газеты на одном особом обстоятельстве: все, кто присутствовали в зале во время демонстрации работы Левана Габриадзе, смотрели этот фильм со слезами на глазах, что само по себе огромная редкость, особенно для  документальных кинолент.

Наш фестиваль набирает силу, становится все более масштабным и разносторонним. И вот на одном из этапов его развития до нас дошел фильм Левана Габриадзе, точнее сказать, наш фестиваль дошел до фильмов такого уровня.

Фестиваль сам предлагает нам вектор своего развития, он не ограничивается исключительно общественно-политической тематикой или только социальными вопросами. В последнее время особенно четко обозначились объединенные раньше в одном едином пространстве, а теперь дающие знать о себе в результате собственного пути развития успехи и проблемы наших стран. У нас появился углубленный интерес друг к другу. Мы хотим общаться, говорить друг с другом, делиться своими горестями и радостями.

Работа Левана Габриадзе расширила границы фестиваля и, по моему мнению как директора фестиваля и члена жюри, ворвалась к нам, словно отрадная неожиданность. Фильм, конечно, совершенно особенный, я не стану скрывать искреннюю радость, которую испытал от встречи с ним.

— И еще фильм говорит, что нет ничего хорошего в том, если мы будем отдаляться друг от друга.

— Ну конечно! Подтверждением этому могут служить аплодисменты, сопровождавшие демонстрацию и награждение этой замечательной киноленты.

Несколько слов хотел бы сказать о русских: существуют какие-то особые характерные черты, присущие им и являющиеся признаками идентификации. К примеру, они могут быть одновременно трудолюбивыми, терпимыми, отдающими дань уважения дружбе. Но еще одно отличительное их качество —  русские люди любят грузин! Вот любят, и все тут! Причем,- речь не только о любви к «саперави» и хачапури, ну и, безусловно, к лобио (как без этого яства обойтись?!) – русские обожают грузинскую музыку, высоко ценят грузинские фильмы, литературу, любят с грузинами общаться. Я наблюдал за моими друзьями из Грузии, Беларуси, России, сидевшими в зале… Это было сообщество больших людей, выдающихся личностей, выше которых не бывает!

Думаю, несмотря ни на что, невзирая на политические разногласия, трагические ситуации, на сглаживание которых, к сожалению, может потребоваться много лет и даже десятилетий, стремление русских к общению со своими грузинскими друзьями все равно одержит верх и не исчезнет.

Школьник Резо и крыса Иполите - преданные гости Кутаисской библиотеки.
Школьник Резо и крыса Ипполит — преданные гости Кутаисской библиотеки

В силу некоторых обстоятельств Леван Габриадзе не смог присутствовать на фестивале. Заваеванный приз ему передал 7 октября в Театре марионеток Резо Габриадзе гость фестиваля из Грузии Тариэл Гагнидзе.

Мне удалось взять у режиссера блиц-интервью.

— Для меня, — сказал Леван Габриадзе, — этот фильм очень личный: это история моего отца и моей семьи. В процессе производства картины мне пришлось пройти через многие переживания и многое испытать. А еще этот фильм стал попыткой спасти и сохранить историю моей семьи: всему требуется мифология, и, прежде всего, семье, когда дедушка рассказывает детям и внукам о своих приключениях, о своей судьбе, чтобы они не забывали, откуда пришли.

Я рад и горд, что эта моя работа была удостоена специального приза IV Минского кинофестиваля документальных фильмов.

— Вы ожидали такого?

— Вообще-то, я по жизни пессимист, так что, никогда ничего не ожидаю, и если повезет, радуюсь, как мальчишка.

— Из числа актеров могу привести в качестве примера Кахи Кавсадзе, который никогда не видел на экране сыгранных им киногероев. Принцип такой – не смотреть. А каково ваше отношение к «готовой продукции»?

— У актеров имеется возможность не смотреть – если не хотят, то и не смотрят. А для режиссера съемка – это лишь первый этап творческого процесса. Ему еще надо смонтировать отснятый материал, так что, надо быть готовым к тому, чтобы в течение хотя бы полугода минимум дважды в день придется смотреть свой фильм. Я не имею такой роскоши – что-то снять и больше не смотреть. Довести фильм до ума, завершить его связано с многочисленными просмотрами.

"Ссыльный" электрик.
«Ссыльный» электрик

— «Знаешь мама, где я был?» — это фильм, который не снимешь спустя рукава.

— Идея фильма родилась еще в 1996 году, когда отец прилетел в Лос-Анжелес. Я тогда жил там и изучал анимацию. Он приехал на месяц. За неделю мы посмотрели все, что можно было посмотреть, а потом ему надоело слоняться без дела и предложил: чего бы ты хотел, какой сценарий мне для тебя написать? И тут я вспомнил истории из его детства, которые он рассказывал. Первое, что я сделал, попытался записать все эти его перипетии. И даже записал. Однако анимация – очень сложный и дорогостоящий жанр искусства. Довести это дело до конца в одиночку мне не удалось. Тем временем, жизнь водила меня разными дорогами, и я бродил по ним, пока не оказался в студии «BAZELEVS» у Тимура Бекмамбетова. Когда я познакомил Тимура со своей идеей, он ею зажегся и максимально постарался материализовать — сам от начала до конца профинансировал будущий фильм.

Немецкие военнопленные на коммунистческом субботнике в имеретинском селе
Немецкие военнопленные на «коммунистческом субботнике» в имеретинском селе

Это подарок от Тимура мне и Резо.

— Не была ли продиктована идея включить анимацию в документальный фильм присутствием в истории крысы, когда школьник Резо и вечно голодная крыса Иполите считались самыми преданными гостями Кутаисской библиотеки: крыса пожирала обложки книг, а Резо «обрабатывал» то, что оставалось после…

— Я вырос в семье драматурга, и у меня было своеобразное детство. Папа содержал семью своими выдувками: выдумывал, писал эмоциональные сюжеты. Я вращался в этой кухне, где драматург, прежде чем что-то написать, много раз все должен был пересказывать, следя за реакцией слушателей, подстраиваться под нее, рисовать и т.д. Драматурга нельзя спрашивать: а причем тут крыса, почему Сталин и Ленин? Главное, чтобы  были литературные основания, а не какая-нибудь конкретная крыса.

"Я построил замок мечты"
«Я построил замок мечты»

Этот фильм невозможно отнести к какому-либо жанру кино. Это произведение, созданное на стыке нескольких жанров.

— Киноведы утверждают, что фильм знаменует собой формирование нового жанра. Руководители Минского кинофестиваля, профессионалы, в беседе с нашей газетой подчеркнули именно эту особенность. На мой взгляд, это такой же феномен, каким стало в свое время создание Юрием Ростом нового газетного жанра, объединившего в тематическом единстве газетную фотографию и текст к ней. Между прочим, именно здесь, в кафе театра Габриадзе я и Юрий Рост договорились, что так оно есть, и так и будет. Юрий сослался на известного русского писателя Андрея Битова, который поддерживал эту идею.

"Кутаиси - город мой!"
«Кутаиси — город мой!»

— Мой фильм, в конечном счете, один большой рассказ, состоящий их множества маленьких историй. Рассказу подходят иллюстрации, а кинорассказ можно воплотить с помощью анимации. К тому же у меня были рисунки самого Резо, так что,- к рассказанной истории можно было добавить уже нарисованных главных героев, а моя забота заключалась в том, чтобы их затем оживить. Действия и поступки этих героев иногда совпадают с историей, иногда – нет, но они как мне кажется, в любом случае интересны.

Студент ТГУ без тбилисской прописки.
Студент ТГУ без тбилисской прописки.

Стиль имеет свое название – покрывающая анимация, которая наивна по своей сути и чем-то напоминает наш театр, его кукол. Мы оживили картинки Резо. И максимально постарались, чтобы все выглядело органичным и соответствовало стилю Резо.

Мне кажется, у нас так и получилось.

Беседовал

Армаз Санеблидзе

Фильм Левана Габриадзе «Знаешь, мама, где я был?», можно посмотреть по вторникам в Театре марионеток Резо Габриадзе. Получите огромное удовольствие.

А.С.

Поделитесь

Оставить комментарий

Please enter your comment!
Please enter your name here